Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 29 – Рина Львович

Горная уже видит светлое пятно, которое передвигается медленно не из-за страха упасть с высоты, а скорее, потому, что его движения сковывает кто-то извне. Ася не раздумывала. Она растворилась в тенях, обходя дерево по широкой дуге, чтобы оказаться за спиной мужчины. Каждый шаг был выверен, каждое движение отточено до инстинкта, её дыхание было не громче шелеста листьев.

Когда морпех приблизилась на нужное расстояние, мужчина уже почти стоял на нижней ветви, крепко удерживая Касуми. Оставалось лишь сделать небольшой прыжок, чтобы оказаться на твердой земле. Это был момент. Ася, словно призрак, вынырнула из мрака. Ее пальцы, жесткие и точные, как острые клинки, обрушились на заднюю поверхность ног противника.

Два молниеносных удара сжатыми пальцами — сначала в болевую точку под коленом, в икроножную мышцу, затем резкий, пронизывающий толчок в лодыжку, в область малоберцового нерва. Мужчина издал короткий, сдавленный хрип. Его мышцы мгновенно свело судорогой. Ноги отказали, и враг рухнул на землю, как мешок, выпустив Касуми из своей хватки. Девушка, освободившись, свалилась рядом, задыхаясь. Теперь Ася не мелочится. Она нажимает на сонную артерию, отправляя мужчину в сон.

Араками лежал, корчась в беззвучной агонии, его конечности были парализованы. Он не мог пошевелить ни ногой, ни рукой, только глаза его, полные ужаса и непонимания, метались по Асе, словно он увидел восставшего мстительного призрака.

Мужчина, валяясь на лесной подстилке, задыхался и, глядя вверх на двух девушек, никак не мог понять, как только что они сумели превратить его из охотника в добычу. В глазах первого сунна клана, затуманивающихся от давления на сонную артерию, нет страха — только ошеломленное, почти экстатическое удивление, оказываясь в состоянии глубокого эмоционального потрясения. Мужчина испытывал чистейший восторг. Он никогда не чувствовал такой физической беспомощности, и этот новый опыт, даже в состоянии удушья, вызывал у него извращенный восторг. Тело Араками обмякало, пальцы, еще мгновение назад сжимавшие горло Косуми, бессильно расслаблялись. С тихим вздохом наследник клана Минамото погрузился в глубокий, принудительный сон, оставаясь лежать в грязи и опавших листьях — в положении, которое любой дворянин счел бы позором.

Ася отпустила мужскую шею, равнодушно глядя на спящего мужчину. Касуми же чувствует, как сердце бешено колотится в груди.

Капитан быстро присела рядом с каскадершей, проверила ее пульс, затем крепко обняла, давая понять, что опасность миновала.

— Ты в порядке? — прошептала Горная, ее голос был низким и успокаивающим.

Фукуи лишь слабо кивнула, прижимаясь к своей спасительнице, дрожа от пережитого страха и внезапного облегчения. Теперь они вдвоем, а их главный преследователь временно выведен из строя. Но лес не стал тише. Где-то вдалеке слышится резкий свист — сигнал ниндзя.

— Он не один... — шепчет Ася, поднимаясь на ноги и оглядывая темнеющую чащу.

Араками спит, но его люди уже знают, где он находится. У девушек есть всего несколько минут, прежде чем лес заполнится тенями Минамото, которые не будут так неосторожны, как их господин.

Снова вместе.

Ёсихиро двигался за беглянками, используя лес как прикрытие. Он не был ослеплен яростью, как Араками; он анализировал. Когда девушки разделились, молодой человек мгновенно считал этот маневр. «Тактика отступления», — отметил про себя самурай, и в его взгляде мелькнуло нечто похожее на уважение, которое он тут же подавил. Это были не просто беглянки, а обученные бойцы. Минамото шел по следу, когда заметил, что одна из девушек нарушила собственный план и бросилась к напарнице. Это была ошибка. Эмоции — слабость, а слабость в бою ведет к смерти.