Книга Царевна по обмену. Между Финистом и Кащеем, страница 68 – Мия Рия

Голодные кролики рычали: «Ещё, ещё, ещё». Никакого медового томления.

Его дыхание — горячее, рваное — обжигало губы. Он то отстранялся, даря мне короткие взгляды, дразнящие и обжигающие, то вновь возвращался. Будто специально меня распалял, заставляя тянуться самой.

Губы пульсировали от его поцелуя, а внутри бушевала буря, сметающая все прежние представления о нежности и страсти. Это было не красиво — это было живо, первобытно, истинно.

Мои губы продолжали терзать его. Кожа под моими пальцами оказалась горячей, как печка.

Он рывком притянул меня к себе, и мы оказались на диване. Его пальцы прочертили огненную линию вдоль моего позвоночника, заставляя выгибаться навстречу.

Я вскарабкалась на него, будто альпинистка на Эверест, — жадная, отчаянная, готовая на всё.

Он вдруг рассмеялся прямо в поцелуй — короткий, хриплый звук, и я подумала: «Разве можно смеяться в такой момент?!» Но его смех только разжёг во мне пламя тысячелетия.

Одним движением он перевернул меня на спину, и теперь его вес придавил меня к дивану — не больно, но ощутимо. «Как мы вообще здесь оказались?» — промелькнуло в голове, но тело уже не слушало доводов разума.

Это был экстремальный аттракцион, который возносил нас к небу и снова обрушивал на землю. Касания спустились к моей шее, оставляя огненные следы на коже. Я чуть откинула голову, открывая ему больше пространства для «исследований».

Он потянул вниз ворот моей футболки, обнажая ключицы.

Его дыхание стало прерывистым, и я почувствовала, как по коже пробежали мурашки — не от холода, а от предвкушения. В голове уже крутились мысли: «Топи до победного!»

И вдруг он закрыл мне рот ладонью. Я попыталась дёрнуться, но он сжимал крепко.

— Тсс, — шепнул он мне на ухо горячо и прижался лбом к моему.

«Ещё…» — рыкнул самый агрессивный кролик.

— Наш эксперимент немного вышел из-под контроля, тебе не кажется? — тихо сказал он, вглядываясь в моё лицо.

«Жадный! Гадкий! Кащей, одним словом, — пронеслось у меня в голове. — И почему все харизматичные типы обязательно должны вести себя так, будто мир крутится вокруг них? Хотя… Ладно, пусть крутится, но не так резко!»

И я укусила. Вернее, не я — а те самые голодные кролики, которые продолжали скрести лапами моё нутро. Видимо, они решили: «Раз уж нас разбудили, надо что-то предпринять!»

Он одёрнул руку, и я села, поправляя одежду.

— Ладно, прости. Если хочешь, продолжим… Но только после подписания соглашения об отсутствии претензий, — произнёс он с серьёзным видом.

Я зло зыркнула на него:

— Какое ещё соглашение? Может, ещё заключим договор о поставках картошки на Марс?

— Мы всё-таки с тобой не простые люди, а официальные фигуры. Вдруг ты завтра заявишь, что я действовал против твоей воли, — он поднял бровь и положил руку на талию, которую я тут же сбросила. — Тогда война галактик неизбежна.

— Ты прикалываешься? — спросила я поражённо. — Мы что, в штаб-квартире ООН? Или это новый вид флирта — с нотариусом и печатью?

— Ничуть, — он развёл руками. — Один маленький брачный контракт — и я весь твой, — он подмигнул.

Я попыталась вскочить с дивана и ретироваться, но он тут же схватил меня и снова повалил, подмяв под себя. Я не собиралась сдаваться без боя — он перешёл все границы. Если это шутки, то очень неудачные.