Книга Целительница для генерала. Я его лекарство после развода, страница 133 – Екатерина Гераскина

И это было бы чистой правдой, если бы не одна ма-а-аленькая, но катастрофическая деталь.

Мои сыновья унаследовали не только мою драконью кровь, но и высший ментальный дар своей прекрасной матери.

И если мой внутренний зверь давал им неиссякаемую физическую энергию, чтобы разносить поместье по кирпичикам, то магия клана Змей делала их дьявольски изобретательными диверсантами.

Был теплый, залитый медовым золотом летний день. На широкой изумрудной лужайке заднего двора нашего особняка был расстелен огромный клетчатый плед.

У моих любимых девочек был пикник.

Кира, расцветшая в материнстве и ставшая еще более ослепительной, сидела в легком светлом платье, опираясь спиной на ствол старого раскидистого ясеня.

Лиана и Мари, уже совсем подросшие, рассудительные и невероятно красивые барышни, увлеченно плели венки из полевых цветов, попутно рассказывая, что успели прочитать не так давно и тихо смеясь.

Я шел к ним от террасы, чувствуя абсолютное, пьянящее умиротворение.

Выходной день, солнце, никаких волнений, никаких взорванных лабораторий в Академии. Моя семья в сборе. Я нес им поднос с прохладным домашним лимонадом и свежими, хрустящими яблоками, которые так любила Кира.

По крайней мере, я был в этом абсолютно уверен.

— Нортан, — голос жены заставил меня вынырнуть из благостных мыслей.

Я уже почти подошел к пледу. Кира оторвала взгляд от своей книги, и её глаза опасно сузились. Изящная светлая бровь медленно, но неумолимо поползла вверх.

Я расплылся в довольной улыбке, предвкушая поцелуй.

— Да, душа моя?

— Нортан, мы же договаривались, — в её голосе зазвенело веселье. — Никаких холодных сладостей. Мальчики только-только переболели. Армус с меня клятву взял, что горло нужно беречь! Какое еще мороженое?

Я удивленно моргнул и остановился в двух шагах от пледа.

— Какое мороженое, Кира? — я снисходительно усмехнулся, глядя на свою невероятную жену. Ох уж эти материнские тревоги, ей везде мерещится опасность для её сорванцов. — Я и не даю им мороженое. Мелким вообще сейчас не до того, они в саду шалаш строят. Я несу вам свежие яблоки и лимонад.

Лиана и Мари переглянулись, тихо, весьма подозрительно хихикнули в ладошки и уставились на меня.

Кира не сказала ни слова. Она тяжело, выразительно вздохнула, сложила руки на груди и просто перевела взгляд на мои руки.

Я, всё еще улыбаясь снисходительной улыбкой, плавно опустил взгляд на то, что держал. Улыбка медленно, словно тающий снег, сползла с моего лица.

В моих руках не было никакого подноса.

В них не было сочных зеленых яблок. И запотевшего хрустального кувшина с лимонадом тоже не наблюдалось.

В обеих руках я крепко, бережно, чтобы ни одна капля не упала на сапоги, сжимал два гигантских, многоярусных вафельных рожка с шоколадно-карамельным мороженым, густо посыпанным ореховой крошкой.

Именно таким, какое до дрожи в коленках обожали мои сыновья.

Я замер, чувствуя, как у меня начинает нервно дергаться левый глаз.

Мозг боевого офицера и ректора Академии заработал на сверхскоростях.

Как?! Я же четко помнил, как спустился на кухню и попросил кухарку помыть фрукты!

Я помнил звон стекла! Но, напрягшись и прислушавшись к себе, я уловил на самой периферии своего сознания крошечную, мастерски замаскированную ментальную заплатку.