Книга Развод в 40. Агентство развлечений попаданки, страница 56 – Ирина Манаева

Взгляд Гроссопера меняется. Так смотрят на сумасшедших. Но я докажу, что он сильно ошибается на мой счёт, потому что женщины в Акрионе недооценены.

Глава 39

Эвериан смотрит на меня, не открываясь. Выдаёт сперва один смешок, за ним второй, и смеётся так, что в голосе звучит смесь скепсиса и искреннего удовольствия.

— Здесь?! - он постукивает пальцем по бумагам на Графлинг.

— Где даже у чаек депрессия? – уточняю. – Да, - пожимаю плечами. – И пусть вы не верите мне, но я добьюсь своего.

— Теперь я понимаю, почему вы хотите, чтобы я «переехал» в другое место. Вы сами планируете грабить людей, потому что ни один сумасшедший не приедет сюда, как вы выражаетесь, заплатить за удовольствие. Здесь из удовольствий только женщины в таверне Мао.

Он говорит это на эмоциях, но тут же прикусывает язык. Видно по глазам, что не был намерен обсуждать подобное со мной. Просто вырвалось.

— Так говорят, - поправляет себя, но мне всё равно, чем он занимается. Надо быть идиоткой, чтобы не понимать: красивый свободный мужчина просто обязан «развлекать» себя подобными услугами.

— Рада, что продлила вам жизнь?

— Опять эти ваши непонятные выражения, - цокает языком, хмуря брови.

— Смех продлевает жизнь. Так говорят в краях, откуда я родом.

— Тогда рядом с вами я буду жить вечно.

— Я настолько смешна? – начинаю заводиться.

— Вы встали на скользкий путь, Деа. Какие услуги вы станете предлагать людям, чтобы они захотели приехать к вам из деревни?

— Деревни? Нет! Мне ни к чему ни ваши головорезы, ни торговки кислой капустой, которые, подобно вам, будут лишь смеяться. Я говорю не о ближайших жителях, а о драконах из Варругена.

— Столицы? – теперь его глаза ещё шире. – Звучит как сказка, которую рассказывают детям, чтобы они уснули.

— Все великие начинания сперва кажутся сказкой, - парирую.

И он замолкает, прикладывая руку к губам, и задумчиво рассматривает меня.

— В ваших глазах столько уверенности. Но кто будет платить за лежак, если через сезон все унесёт шторм? И какие прогулки на лодках и чём-то там ещё, даже не выговорить ваших словечек? Вы точно говорите о море за окном? Деа, - выдыхает моё имя, - это безумие.

— Значит, я безумна, но сделаю так, что сюда будут ездить даже из столицы, - отвечаю спокойно. - Не запугиванием, не угрозами. И однажды мне придётся кому-то отказать, потому что не будет места.

Он наклоняется ближе, опершись локтями на стол.

— Позвольте полюбопытствовать, какими методами вы собираетесь этого добиться? Ваша улыбка? Или обещания в обмен на женские ласки? – он ныряет взглядом в зону моего декольте.

— Уж точно не последнее, - язвлю. – Притон и бордель отставлю за вами. И знаете что? Я добьюсь своего хотя бы затем, чтобы показать таким напыщенным снобам, как вы, что женщина – не просто кухарка или услада в постели. У неё есть мозги.

— Сноб? – переспрашивает он. – Я – сноб?

— Самый настоящий! Спасибо за документы, сейчас вернусь, - иду большими шагами добывать спрятанные деньги. Вытаскиваю львиную долю. Пусть он видит, что я в силах отблагодарить. Возвращаюсь, высыпая на стол акаты, и одна монета катится до самого края, со звоном падая на пол.

— Акатный дождь, - парирует Эвериан, поднимаясь с места. – Судя по вашему грозному взгляду и быстро вздымающейся груди, я вас обидел. Совершенно не хотел.