Книга Упрямая Истинная для Ледяного Дракона, страница 63 – Юлианна Винсент

Его шаги стали плавнее, увереннее. А потом он вдруг перехватил инициативу. Рука на моей спине стала твердой направляющей, он начал вести, и наш неуклюжий шаг превратился в медленный, величественный вальс.

Мы кружились в центре нашего маленького теплого мира, а все остальное перестало существовать.

— Видишь? Не так уж сложно, — прошептала я, чувствуя, как его дыхание касается моей щеки.

— Это потому, что веду я, — он ответил и в его голосе снова зазвучал знакомый, но теперь беззлобный сарказм, который разлился приятным теплом у меня внутри.

Мы молча кружились в легком танце, пристально глядя друг другу в глаза. Музыка лилась вокруг, но мы уже не слышали ее.

И вдруг Сайрон остановился, но не отпустил меня. Мы стояли, дыхание сплеталось, сердца бились в унисон. В его синих глазах бушевало море чего-то нового, незнакомого — нежности, уязвимости, вопроса.

Не думая, повинуясь внутреннему импульсу, я подняла руки и положила их ему на грудь, ладонями прямо на сердце. Через тонкую ткань рубашки я почувствовала твердые мышцы, учащенный стук и… тепло. Глубокое, пульсирующее тепло.

— Что… — хотела спросить я, но осеклась.

Прямо под моими ладонями сквозь ткань пробился мягкий свет. Сначала слабый, потом ярче. Золотисто-синее сияние пульсировало в такт нашему дыханию. Это было так завораживающе, что я не могла оторвать глаз.

— Это… — тяжело вздохнув, прошептал он, глядя на свет, а потом на меня. — Это реакция.

— На что? — едва выдохнула я.

— На тебя, — низким и хриплым голосом, признался Сайрон. — На этот момент. На то, что я чувствую. Она светится, потому что лед внутри действительно тает.

Мы смотрели друг на друга, завороженные. Свет между нами пульсировал, связывая нас невидимой нитью.

— Сайрон… — я не знала, что сказать. Все слова казались пустыми.

— Тс-с-с, — мягко прервал он меня и наклонился.

Его поцелуй был не таким, как в тот раз в кабинете. Не было в нем ярости или отчаяния.

Это был медленный, исследующий, бесконечно нежный поцелуй. Поцелуй-вопрос и поцелуй-ответ одновременно.

В нем было обещание и признание, страх и надежда. Я отвечала ему, забыв обо всем, теряя пальцы в его волосах, чувствуя, как свет на его груди под моими ладонями разгорается ярче, согревая нас обоих.

Когда мы, наконец, прервались, чтобы перевести дыхание, Сайрон не отпустил меня, а просто прижал лоб к моему.

— Прости, — прошептал он и его дыхание горячим ветерком коснулось моих губ. — Совсем без магии не получилось.

Глава 25. Внутренние сомнения и привет из прошлого

Летти

Возвращение в свою комнату после… всего этого, было похоже на попытку втиснуть ослепительную, громкую симфонию обратно в крошечную, запыленную шкатулку.

Дверь закрылась за мной с тихим щелчком, отсекая теплоту купола, запах ночного воздуха и ощущение его рук на моей талии. Осталась только ледяная тишина каменных стен и хаос в голове, грохочущий громче Громобоя в узкой каморке.

Я прислонилась к двери, чувствуя, как по щекам медленно скатываются две предательски горячие слезинки. От усталости, конечно. Или от переизбытка впечатлений.

Но точно не от того глупого, щемящего чувства, которое разлилось по груди, когда он прижал свой лоб к моему и прошептал это “прости”.