Книга Сбежавшая истинная для дознавателя, страница 41 – Юлианна Винсент

— Я скажу Ксавьеру о своих чувствах и будь, что будет! — твердо заявила я.

Глава 24

Ксавьер

Прогулка с Софией оказалась куда больше, чем просто времяпрепровождением — я не только познакомился с дочкой поближе, но и, что важнее, увидел в ней себя.

Маленькая егоза, которая с таким же упорством и любопытством изучала все вокруг, оказалась маленькой копией меня.

Пока Крид бегал по лужайке, вызывая у Софии восторженные визги, я присел под старым дубом и позволил себе на минуту отключиться от внешнего мира. Ну, или попытался.

В голове крутилась одна мысль:

“Она сама меня поцеловала”.

Да уж, звучит как начало какой-то романтической мелодрамы, но у меня тут целая драма в голове — и я, признаться, не особо уверен, что играю главную роль.

Значит ли это, что она согласна на мое предложение о большой и дружной семье? Или это просто был импульс, момент слабости, а я тут уже строю воздушные замки? Серьезно, иногда я чувствую себя подростком, который впервые увидел девушку и теперь не знает, как дышать.

А еще я так и не понял, почему она тогда плакала. Все было так сумбурно и неожиданно. Наверное, у нормальных людей все происходит по другому.

“Еще бы знать, как там у нормальных людей!”

Мои мысли разбегались в разные стороны, как стая диких птиц, и я поймал себя на том, что ощущаю себя каким-то наивным юнцом, впервые влюбленным и одновременно парализованным страхом быть отвергнутым. Вот ведь парадокс: в голове я взрослый мужик, а в душе — подросток с разбитым сердцем.

Эти рассуждения навели меня на воспоминания о Ванессе и я задумался:

“А любил ли я ее тогда?”

То, что я испытывал тогда к Нессе было больше похоже на какое-то нездоровое маниакальное влечение. Это я сейчас понимал. А тогда мне казалось, что она одна единственная моя любовь и другой не будет.

Но ночь в таверне все перевернула в моей жизни. В момент, когда этот паршивый урод протянул свои пропитые лапы к девушке с напуганными изумрудными глазами, я потерял контроль над собой. Мне было плевать, что я ослаблен, что мой волк умирает. Я мог думать только о том, чтобы защитить ее.

И потом, ее попытки залечить мои раны дрожащими руками и наигранная храбрость заставили сжиматься мое сердце. Я не понимал, что со мной происходит. Меня непреодолимо тянуло к ней. А на утро, я не обнаружил ее рядом, разозлился до желания раскрошить на щепки эту проклятую таверну и по привычке, чтобы успокоиться, потянулся магией проверить, как чувствует себя Катарина. Тогда и обнаружил ее рядом с Дэмианом.

Ну а дальше боль, страх застилающий разум и я понесся, не разбирая дороги, спасать сестру из лап предателя.

“Идиот!” — возникла в голове осуждающая мысль.

Мне срочно нужен был человек, который бы выписал мне хорошего отцовского леща и это привело бы мои мысли в порядок. Поэтому я поднялся на ноги и подхватив на руки Софию, которая как раз таки подбежала ко мне, отправился на поиски такого человека.

Франческа нашлась в гостиной. И, Хвала Сенсее, кроме нее там больше никого не было.

— Мне нужно с тобой поговорить, — без предисловий начал я.

Девушка внимательно посмотрела на меня, тяжело вздохнула и сказала:

— Слушаю.

— Лилит поцеловала меня и я не знаю, что это было: минутный порыв или согласие на отношения, — выпалил я.