Книга Викино лето, страница 17 – Леон Монтан

У старого, полуразрушенного сарая, привалившись к стене, стоял парень. Его футболка была снята и брошена на землю, обнажая мощный торс, покрытый каплями пота, стекающими по рельефным мышцам. Темные, растрепанные волосы падали на глаза, пока он сосредоточенно тесал бревно топором. Удар за ударом, и каждый звук отдавался не только эхом в летней тишине, но и странной, необъяснимой дрожью где-то глубоко внутри Вики. Он был местным, деревенским, с грубыми чертами лица, сильными руками и взглядом, который, когда он вдруг поднял голову, пронзил её насквозь. Глаза цвета лесной чащи, глубокие и немного настороженные.

— Потерялась? — голос был низким, чуть хриплым. Он выпрямился, и её взгляд невольно скользнул по линии его живота, по влажной коже, по ремню джинсов, низко сидящих на бедрах.

— Просто гуляю, — Вика почувствовала, как румянец заливает её щеки.

Так начались их случайные, почти молчаливые встречи. Она приходила к реке, зная, что он будет там ловить рыбу. Он появлялся на краю поля, когда она собирала травы для бабушки. Между ними, как невидимая нить, натягивалось электрическое напряжение, от которого воздух казался гуще. Недосказанность, взгляды, полные тяжелого, звериного желания, на которые Вика отвечала своей собственной, лишь недавно проснувшейся жаждой.

Однажды вечером, после особенно жаркого дня, когда даже звезды на небе казались раскаленными точками, Вика решилась. Она шла по тропинке к старому колодцу, где, по слухам, собиралась молодежь. Он уже был там, один, сидел на поваленном дереве, глядя на реку. Луна заливала всё серебряным светом, превращая мир в черно-белую гравюру, где каждая тень была четкой, каждый шорох — громким.

Она села рядом. Тишина была полна невысказанных слов. Рука парня — его звали Егор — лежала на дереве. Вика медленно, едва касаясь, положила свою ладонь поверх его, почувствовав шершавость кожи, тепло. Он вздрогнул, повернул голову. В его глазах отражалась луна, делая их ещё более бездонными.

Егор притянул её к себе, без слов, без предупреждения. Его поцелуй был диким, требовательным, с привкусом дыма и летних трав. Он обхватил её за талию, прижимая плотнее, и Вика ощутила всем телом жесткость его мышц, жар его кожи. Её руки обвились вокруг его шеи, пальцы зарылись в его волосы, тянули, желая большего.

Их губы не отрывались друг от друга, пока Егор, словно потеряв терпемость, не начал опускать поцелуи ниже: по подбородку, по нежной коже шеи, к ключицам. Вика выгнулась, её дыхание стало прерывистым. Она почувствовала, как его рука скользнула под её легкую летнюю юбку, и горячие пальцы, сильные, уверенные, нашли кромку её трусиков. Дрожь пробежала по всему телу.

Он поднял её на руки, как пушинку, и понес в глубь зарослей ив, подальше от тропинки, от света луны, в царство теней и запахов. Под ногами хрустели сухие ветки, шелестела трава. Он опустил её на мягкий мох, и Вика почувствовала прохладу земли сквозь тонкую ткань. Над ней навис Егор, его глаза горели в полумраке.

Юбка была сдернута одним движением, бельё последовало за ней. Вика почувствовала легкий ветерок на своей обнаженной коже, и это было одновременно смущающе и возбуждающе. Егор опустился на колени, его взгляд, полный откровенного желания, изучал её. Он провел пальцами по внутренней стороне её бедра, и Вика вздрогнула, задыхаясь. Его пальцы были горячими, твердыми. Они скользнули выше, касаясь самых чувствительных мест, дразня, исследуя.