Книга Проклятый принц и моя большая заноза, страница 26 – Леон Монтан

Раэлар даже не моргнул. Только его фиалковые глаза на секунду потемнели, выдавая, что удар достиг цели.

— Твой сарказм — это щит, за которым прячется уязвленная гордость, Ева, — произнес он ровным, сухим тоном преподавателя. — Оставь свои эмоции за порогом. Сегодня мы приступаем к рунам крови. Это раздел высшего искусства, не терпящий легкомыслия. Ошибка в плетении на этом уровне не просто лишит тебя магии. Она выжжет твою ауру изнутри.

Я хмыкнула, натягивая плотные защитные перчатки без пальцев и поправляя просторную льняную рубашку, которую надела специально для работы с реактивами.

— Не волнуйся, принц. Я слишком люблю свою ауру, чтобы позволить ей сгореть. Что от меня требуется?

Следующие два часа превратились в изощренную пытку.

Руны Крови оказались не просто сложными. Они требовали абсолютной, хирургической точности и полной синхронизации с ритмом собственного сердцебиения. Чтобы начертать хотя бы базовый контур руны «Вель» (Освобождение), мне нужно было смешать толченый лунный камень, экстракт чертополоха и три капли собственной крови, а затем, удерживая эту нестабильную смесь в состоянии магической левитации, нанести ее на амальгаму.

И все это — под непрерывным, тяжелым, сверлящим взглядом Раэлара.

— Ты сбиваешься с ритма, — его голос, казалось, вибрировал прямо у меня под кожей. — Твое сердце колотится слишком быстро. Ты взволнована. Успокойся, человечка. Магия крови не терпит хаоса.

— Мое сердце колотится, потому что ты стоишь над душой и комментируешь каждый мой вдох! — огрызнулась я, растирая пестиком лунный камень до состояния перламутровой пыли. — И перестань называть меня «человечкой». Вчера ты прекрасно помнил мое имя.

— Вчера ты была покорна, — парировал эльф с едва уловимой, жестокой усмешкой. — Покорность заслуживает поощрения. Строптивость — лишь констатации факта твоей расовой принадлежности.

Я скрипнула зубами так, что у меня заболели челюсти. Взяв со стола серебряный ритуальный нож, я поднесла его к подушечке указательного пальца.

— Смотри внимательно, ваше высочество. Сейчас будет кровь. Постарайся не упасть в обморок от моего неидеального человеческого естества.

Я сделала быстрый, точный надрез. Алая капля выступила на коже, контрастируя с бледностью пальца.

Раэлар по ту сторону стекла замер. Я уловила неуловимое изменение в его позе. Его ноздри едва заметно дрогнули, словно он пытался уловить запах моей крови даже сквозь магический барьер. Его взгляд прикипел к красной капле с такой интенсивностью, что мне стало не по себе.

— Добавь ее в смесь, — его голос внезапно потерял всю свою учительскую сухость, став хриплым и низким. — Медленно. Три капли, не больше.

Я стряхнула кровь в ступку. Как только третья капля коснулась лунной пыли, смесь зашипела, приобретая насыщенный, пульсирующий багровый оттенок. По мастерской поплыл густой, металлический запах магии.

— Теперь связующий элемент, — скомандовал Раэлар, не сводя глаз с моих окровавленных пальцев. Его грудная клетка начала подниматься чуть быстрее. Он определенно реагировал на магию крови или на саму кровь. Учитывая его животные замашки, я бы не удивилась второму. — Тебе нужна Лунная роса, две унции. Она стабилизирует реакцию.

Я кивнула, отворачиваясь к стеллажу с реактивами. Мои руки дрожали от усталости и напряжения. В голове гудело, а нервы были натянуты как струны. Я чувствовала его взгляд на своей спине, на своих бедрах, обтянутых плотными кожаными штанами. Этот взгляд жег меня сквозь ткань, вызывая в памяти картинки вчерашнего унизительного, но такого сладкого подчинения.