Книга Проклятый принц и моя большая заноза, страница 12 – Леон Монтан

Я отступила от зеркала, чувствуя, как дрожат колени. Взяла со стола кусок алхимического мела, пытаясь унять стук сердца.

— Тысяча раз? — я криво усмехнулась, поворачиваясь к нему. — Обещаешь? А то мне всегда не хватало мужской настойчивости в отношениях.

Раэлар бросил на меня взгляд через плечо. В этом взгляде было обещание. Обещание того, что если он когда-нибудь выберется из этой стеклянной тюрьмы, он не оставит от меня и мокрого места. И, судя по тому, как сладко заныло мое тело, я собиралась приложить все усилия, чтобы этот день настал как можно скорее.

Уроки эльфийской магии обещали быть исключительно горячими. Торг был не только уместен, торг оказался чертовски возбуждающим.

Если бы кто-нибудь неделю назад сказал мне, что я буду добровольно вставать в шесть утра, чтобы выслушивать унизительные лекции от куска зеркала, я бы рассмеялась этому сумасшедшему в лицо. Но реальность, как известно, та еще стерва.

Прошло три дня с момента заключения нашего магического пакта. Три дня сущего, невыносимого, выматывающего ада.

Раэлар из Дома Ночных Звезд оказался не просто строгим учителем. Он был настоящим деспотом, садистом с сапфировым взглядом и маньяком-перфекционистом. Для него не существовало понятий «устала», «не получается» или «давай сделаем перерыв на кофе».

Моя уютная мастерская превратилась в тренировочный лагерь. Я притащила огромную грифельную доску, на которой теперь оттачивала начертание базовых эльфийских рун. Мои руки были по локоть в мелу, пальцы сводило судорогой, а в голове гудело от переизбытка информации.

— Твоя линия «Тэсс», смертная, похожа на то, как если бы слепой тролль пытался нарисовать змею в приступе эпилепсии, — раздался за моей спиной ледяной, вибрирующий голос.

Я со стоном прижалась лбом к прохладной доске, оставляя на ней белый след.

— Ваше высочество, — пробормотала я, не оборачиваясь. — Если ты не заметил, у меня человеческие руки. В них нет встроенного эльфийского транспортира. Эта линия идеально ровная!

— Она отклоняется на два градуса влево в самом центре дуги, — безжалостно парировал Раэлар. Я спиной чувствовала его обжигающе-презрительный взгляд. — Эльфийская магия — это гармония. Малейшее искажение формы ведет к искажению потока. Если ты вплетешь такую кривую руну в узел снятия проклятия, мы не разрушим печать, а взорвем половину твоего жалкого города. Хотя, возможно, это пойдет ему на пользу. Сотри, и начни заново.

Я резко развернулась, сдувая со лба упавшую прядь, измазанную в мелу.

Принц стоял в своем зазеркалье в привычной позе — заложив руки за спину. Сегодня на нем была темная рубашка со шнуровкой на груди, распущенной ровно настолько, чтобы я могла видеть идеальную впадинку ключиц. Этот гад словно специально одевался так, чтобы отвлекать меня.

— Мы рисуем эту проклятую закорючку уже два часа! — возмутилась я, упирая руки в бока. — Давай перейдем к практике. Я артефактор, Раэлар! Я привыкла чувствовать магию, пропускать ее через материалы, а не вычерчивать геометрию! У людей магия — это эмоция, это хаос, который мы берем под контроль.

— Вот именно поэтому вы, люди, живете так мало и умираете так глупо, — хмыкнул эльф, грациозно склонив голову набок. — Вы похожи на детей, играющих с огнем в пороховом погребе. Вы используете костыли в виде палочек, амулетов и зелий. Истинный маг не подчиняет хаос грубой силой. Он становится с ним одним целым.