Книга Жилищно-колдовское хозяйство. Прорыв астрального коллектора, страница 70 – Леон Монтан

— Алло, ЖЭК номер тридцать семь, – нехотя поднял трубку Иван Петрович. – Петрович слушает.

Из трубки донесся истеричный женский голос, такой, что даже пыль на полках задрожала.

— Это квартира номер двадцать семь, дом по улице Астрального Проспекта, двадцать три, корпус Б! У нас тут... у нас тут землетрясение! Трещины пошли! Стены крошатся! А эти... эти... они еще и поют!

Иван Петрович прищурился. – Поют, говорите?

— Да! Что-то вроде "копай глубже, добывай ярче, пусть трещит потолок!" Я уже в службу по борьбе с бытовыми демонами звонила, они говорят, это не к ним, это к вам! Русалка из соседней квартиры тоже жалуется, у неё сток забило. Они, говорит, там что-то выбрасывают, и теперь у неё унитаз светится синим!

Иван Петрович покачал головой. – Ладно, гражданка. Приедем. Ждите.

Он повесил трубку. – Ну что, Денис, пора за работу. Гномы.

Денис вздрогнул. – Гномы? Но... по "Регламенту взаимодействия с подземными расами", пункт 4.1.3, гласит: "Прямой контакт с разумными подземными народами, не состоящими на учете в Министерстве Внутренних Астральных Дел, категорически запрещен без присутствия уполномоченного представителя Комитета по межрасовым связям и двух свидетелей из числа независимых экспертов-геомантов".

Иван Петрович встал, потянулся. – Забудь свой регламент, Денис. Эти регламенты писали те, кто отродясь гномьей кирки не видел.

Дом по Астральному Проспекту, двадцать три, корпус Б, представлял собой типичную "панельку" постсоветской эпохи, которая, видимо, никогда не видела капитального ремонта. Теперь же ее усугубляли магические воздействия. Стены были испещрены трещинами, из некоторых щелей сыпалась не только штукатурка, но и какие-то мелкие, мерцающие частицы, похожие на искры фейерверка.

В подъезде стоял непередаваемый гул, низкочастотный, пронизывающий до костей, сопровождаемый ритмичным "тук-тук-тук", словно кто-то гигантским молотом отбивал чечетку.

— Вот, видите! – консьержка, колоритная дама необъятных размеров с усиками и платком, схватила Ивана Петровича за рукав. – Я же говорила! Они там! Они там в подвале сидят и стучат! Они даже свет из пола пускают! А когда я пыталась их урезонить, они меня на каком-то своем языке обругали!

Денис осторожно подошел к стене. – Это, вероятно, выбросы кристаллической эманации из шахт. Уровень бета-излучения повышен, – он достал маленький прибор, похожий на дозиметр.

— Да к черту ваше бета-излучение! – крикнула консьержка. – У меня тут полы дымятся, а унитаз у двадцать пятой квартиры поет по ночам!

Спустившись в подвал, Иван Петрович и Денис оказались в царстве хаоса. Несколько бетонных перекрытий были полностью разрушены, открывая глубокие, светящиеся синеватым светом шахты, уходящие в темноту. Из шахт доносились довольные голоса и лязг.

— Вот это да, – прошептал Денис, его глаза расширились. – Нарушение всех норм! Здесь же идет добыча Сумеречной Энергии!

— Ага, – кивнул Иван Петрович, присаживаясь и заглядывая в одну из шахт. – Только нелицензионная.

В одной из шахт, залитой мягким, синим светом, копошились с десяток гномов. Низкорослые, коренастые, с бородами, заплетенными в косички, они с упоением орудовали кирками. Кирки их не были обычными: они светились зеленым, и каждый удар сопровождался небольшим магическим импульсом, который крошил камень, но и, очевидно, ослаблял несущие конструкции дома. Гномы радостно хихикали, выхватывая из породы крупные, сияющие кристаллы, похожие на ограненные бриллианты, но с каким-то внутренним, пульсирующим светом.