Книга Ловушка для сверчков, страница 207 – Владимир Медведев

Женская солидарность. Однако и я невольно заражаюсь ее возмущением. Мне кажется, я понимаю причину неуместного поведения Карла. Он страшно нервничает. Боится, что побег сорвется, что Катя не справится с управлением.

— Ну хоть с легким эротизмом у тебя порядок? – не унимается Карл.

— Отвяжись! – в ярости кричит Екатерина. – Скажи лучше, что делать…

— Вот и ладушки, – удовлетворено произносит Карл. – Сразу бы так.

Со стыдом сознаю, как сильно ошибался, подозревая Карла в слабости. Он просто раззадоривал Екатерину, чтобы ярость заглушила чувство беспомощности.

— Для начала включаем массу… Вот эти два тумблера… Так, хорошо. Теперь…

Я напряженно слушаю его указания и, разумеется, не понимаю ни слова – с моего места не видно, что делает Катя, которая сидит ко мне спиной. О том, что происходит, я могу судить только по звуковой картине.

— Запускай стартер, – командует Карл. – Вот эта кнопка.

Слышится сухой металлический скрежет. Щелчок. Затем тяжелый гул, глухие, прерывистые хлопки, переходящие в густой рев. Возникает свист, похожий на вой ветра в трубе, но с металлическим призвуком. Бэтр грохочет, будто у него в брюхе работает камнедробилка. Броня гулко вибрирует. Я глохну – оглушительные звуки давят на уши, как вода при глубоководном погружении (так мне воображается, никогда не погружался), я перестаю различать отдельные мелодии в этой титанической симфонии, в которую побочной партией просачивается слабый, но едкий запах топливного выхлопа. Внезапно Бэтр дергается, наступает глухая тишина.

Трясу головой, приходя в себя и обретая слух. Как сквозь вату слышу Карла:

— Ничего страшного. С первого раза не всегда получается. Главное – плавнее отпускай сцепление.

— У меня вообще не получится, – хнычет Катя.

— Получится, – уверенно говорит Карл. – Соберись и давай еще раз.

Сухой металлический скрежет. Щелчок. Тяжелый гул, глухие, прерывистые хлопки… Двигатель Бэтра вновь исполняет вступление к громоподобной, резко обрывающейся симфонии… Тишина.

— Катерина, – по голосу Карла понимаю, что он едва сдерживается, – не спеши. Отпускай сцепление медленно, плавно… Ты понимаешь, что такое плавно?

— Она не сможет, – подает голос Варвара, более чем развязно; в трудном положении размываются социальные барьеры. – Карлуша, позволь я заведу.

— Трактористка? – спрашивает Карл. Забавно, что мысль у нас работает в одном направлении.

— Не совсем, – без смущения отвечает Варвара. – Но я смогу.

— Сиди и не суйся, пока не спросят, – отрезает Карл. – Катя, ты готова?

Екатерина кивает.

Скрежет. Щелчок. Тяжелый гул, глухие, прерывистые хлопки… Тишина.

— Черт возьми, это так просто, – рычит Карл. – Медленно отпускай сцепление. Мед-лен-но!

Я протискиваюсь между двумя креслами, больно ударяюсь о какую-то торчащую из пола кривую железку с набалдашником. Карл встречает меня злобным оскалом.

— Чего приперся? Пошел на место.

— По-моему, ты недостаточно строг, – говорю спокойно. – Будь я командиром, я бы с ней матом. Очень помогает. Девушки сразу понимают.

— А в рыло не хочешь?

Я восхищаюсь:

— Вот это по-командирски. Слуга царю, отец солдатам.

Сильно рискую. Карл либо опомнится, либо окончательно сорвется. Катя застывает неподвижно, закрыв лицо руками. Наверное, и в десантном отделении все окаменели. Не оборачиваясь, слышу тяжелое молчание, заполнившее железную коробку. Лихорадочно ищу слова, которые приведут в чувство Карла и Катю. Но в тусклом бортовом освещении (так оно, кажется, называется) Карл смотрит на меня зверем. Я опять неверно оценил его состояние. Если прежде его терзала неуверенность, то сейчас он в отчаянии оттого, что план рушится. А я толкаю его в пропасть, к полной потере контроля над собой и ситуацией. И что теперь? Тупо сидеть и ждать, пока положение выправится само собой? Или пора вытряхиваться из Бэтра и идти к генеральше на расправу?