Книга Жертва и другие, страница 94 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Вот тебе деньги, и мухой лети в магазин! — велел Гуров Шубенкову. — Возьмешь пару бутылок и что-нибудь из закуски. Делай все это напоказ, не таясь. С удовольствием делай, понял? Чтобы все видели. А мы будем ждать тебя вот на той скамеечке. Между прочим, очень удобная скамеечка… — с видом заправского знатока добавил Гуров.

Все засмеялись и направились к скамеечке. Кроме Шубенкова, который скрылся в магазине.

Конечно, никто водку не пил, но мастерски делали вид, будто пьют. Наливали, произносили шумные тосты. А сами незаметно выливали водку в траву.

— Главное, чтобы никто меня не признал, — опасливо заметил Садыков. — Меня тут многие знают… Беда будет, если узнают. Вот, скажут, наш участковый пьянствует посреди бела дня, у всех на виду, с какими-то сомнительными личностями. Разговоров потом не оберешься. Потеряю весь свой авторитет и уважение народа. Да и операцию, чего доброго, провалим.

— А ты надвинь кепку на самые глаза, — со смехом посоветовал Крячко. — И подними ворот куртки. Глядишь, и не признают…

Садыков так и сделал, и, наверное, хорошо, что он так сделал. Во всяком случае, никто не признал в нем участкового. Хотя многие прохожие и на него, и на всю компанию косились недобрым глазом. Вот, мол, нашли время и место — прямо у всех на виду и среди бела дня. Ни стыда ни совести!

— Хорошо сидим, — сказал Гуров. — Сидеть бы так и сидеть. Но надо подумать и о деле. И вот что я надумал. Тут, в общем-то, все довольно-таки просто. Если этот тип, который увязался за Натальей, возникнет рядом с ней еще раз, то надо его брать. Потому что он и есть тот, кого мы ждем. С какой стати кто-то иной будет рядом с ней вертеться? Разве только какой-нибудь влюбленный рыцарь… Да вот только давно перевелись влюбленные рыцари.

— Видели бы вы того рыцаря, — скривился Шубенков. — Типичная маргинальная личность, можно сказать!

— Кстати, — сказал Гуров. — Очень даже не исключено, что он явится к Наталье совсем в другом образе. Насколько нам известно, он мастер перевоплощений. Так что нам нужно быть готовыми и к такому повороту.

— Я почти уверен, что это он и есть, — заметил Крячко. — Уж слишком ловко он от нас ускользнул! Тут, понимаете ли, угадывается выучка. Серьезный господин, что и говорить.

— Думаешь, он вас заметил? — спросил Гуров.

— Вряд ли, — ответил Крячко. — Скорее, почувствовал. Такие люди, как он, умеют чувствовать. У них просто-таки звериный нюх. Почувствовал — и на всякий случай растворился в пространстве. Или, может, просто решил перестраховаться… Нет, не должен он был нас заметить, — с некоторым сомнением закончил Крячко.

— Ладно, — сказал Гуров. — Будем исходить из того, что есть. Сделаем так. Сейчас я и Данис вас сменим. Нечего вам тут маячить, а то и впрямь этот серьезный господин может обратить на вас свое пристальное внимание. Итак, мы вас меняем, однако вы далеко не уходите. Будьте где-нибудь поблизости, а то мало ли что.

На том и порешили. Крячко и Шубенков встали, весело и шумно распрощались с Гуровым и Садыковым и удалились. Гуров и Садыков для видимости посидели на скамье еще десять минут, после чего тоже ушли — вести наблюдение за домом Натальи.

День прошел в томительном ожидании. Никто не приближался к дому Натальи ни со стороны улицы, ни с обратной стороны. Если, конечно, не считать старухи Августы Генриховны. Она в течение дня то и дело и как бы невзначай проходила мимо дома Натальи — то в магазин, то из магазина, то просто так, без какой-то видимой цели. Вдобавок еще и семь или восемь раз появлялась в собственном дворе, и, кажется, с одной лишь целью — посмотреть на дом Натальи, на окошки дома, на входную дверь, на калитку, да и так, вообще…