Книга Жертва и другие, страница 201 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Лев Иванович, очень похоже, что Одывар находится в Жаворонках. Я пообщался с местными, внедрился в местный творческий коллектив, специализирующийся на создании свадеб.

Тем временем Натали думала, чем бы отвлечь не в меру активную будущую свекровь. И вспомнила, что видела на днях рекламу по местному каналу. Местных жителей приглашали принять участие в театрализованных представлениях, платили весьма прилично.

— Аграфена, смотрите, в Жаворонки артисты требуются. А мы же там свадьбу потом тоже будем проводить. Может, вы поедете пораньше, присмотритесь? Леша мне рассказывал, что вы всегда мечтали погрузиться в реальную среду и попробовать себя в качестве исполнителя старинных песен и принять участие в обрядах. Вот он, шанс! В деревне Жаворонки! Я знаю, где это, я вас отвезу!

— Погоди, не верещи… Что, и правда все так, как обещают? Поехать, в самом деле, что ли? Еще и денег заплатят… Даже не знаю, — неуверенно проговорила Груша.

— Да вы что? Вы ж потом локти будете себе кусать, если не поедете! Это ж квест самый настоящий, такой адреналин, новые люди, новые впечатления! Только за квест его участники обычно организатору свои кровные выкладывают, а вам еще и приплатят. Даже не думайте, я иду доставать ваш волшебный чемодан, его содержимое точно там пригодится.

— Ну хорошо. Уговорила. Только, Натали, я тебя умоляю, не вытаскивай гвоздь из стены. Это оберег вашего дома!

— Боже меня сохрани от этого! — совершенно искренне ответила невестка.

Ради отъезда Лешиной мамы и обретения свободы в доме днем и Лешиного тела ночью Натали была готова не только вечно хранить этот чертов гвоздь, но и вбить еще парочку ему для компании, если бы Груша попросила ее об этом. Чтобы гвоздю одному было не скучно охранять их жилище. Дело в том, что, едва приехав в дом сына, Аграфена довольно быстро заскучала. Ее действенной натуре нужны были новые впечатления, какая-то движуха. С Борькой у нее отношения не сложились, он был крупноват для хрупкой Груши, поэтому она доставала сына с невесткой, причем круглосуточно. Могла постучаться ночью в спальню, чтобы «избавить от ночных кошмаров».

Так что временная командировка была бы спасением для них. Они быстро собрали вещи Груши и отправились в Жаворонки, по дороге, правда, посетив маркет, где купили воду и немного еды, на всякий случай. Мало ли. Через три часа они были в селе с утренним, поющим названием. Натали по дороге поинтересовалась, где можно остановиться приличной женщине среднего возраста на пару дней.

Нужно же было Груше осмотреться, да и вечер уже был, не пойдешь же на работу в такое время суток устраиваться, тем более в деревне. Если спектакля нет, то все уже разбрелись по завалинкам или к озеру пошли, пикник у костра устраивать. А если спектакль есть, то тем более не до новых соискателей, коллектив отрабатывает программу. Им посоветовали домик в конце села, но предупредили:

— Рядом ведьма обретается, так ты с ней поаккуратней. Она ночами то в кошку, то в свинью обращается, может и напасть! — пугала ее древняя, как перестройка, бабка.

Судя по внешнему виду старушки, она лично знала убийцу Троцкого, бывшего в Жаворонках проездом в 1940 году. Груша с Натали переглянулись, а Аграфене стало как-то не по себе. Если аборигены села все настолько с головой не дружат, то оставаться тут не очень хочется. У Груши свой недобрый Альцгеймер периодически постукивал ножкой в шкафу, зачем ей чужой?