Книга Император песчаных карьеров. Том 2, страница 73 – Антон Панарин

В прошлой жизни я бы обрадовался росту узнаваемости. Но здесь это значило одно: за наши головы заплатят щедро.

— Духи говорят, скоро будет плохо, — промямлил Кашкай, не открывая глаз.

— Духи всегда так говорят, — буркнул Рагнар, допивая свой стакан.

— Но на этот раз они кричат, — шаман приоткрыл один глаз.

Я не успел переспросить, что именно там кричат духи, как входная дверь разлетелась на куски. В таверну хлынули стражники. Не двое и не трое. Я насчитал восемь латников, прежде чем нырнул за стол. Девятый застрял в проёме, зацепившись наплечником за косяк.

Рагнар среагировал быстрее всех — сгрёб со стола глиняный кувшин и метнул его в лицо первому из вновь прибывших. Кувшин разбился о шлем с приятным хрустом. Крепкое спиртное залило забрало, и латник на пару секунд ослеп.

Этих секунд хватило.

Я выхватил топор, с которым старался вообще по возможности не расставаться, и перемахнул через стол. Первый удар пришёлся в щит второго латника. Дерево треснуло, руку отдачей прошило до плеча. Стражник попятился, освобождая пространство для замаха.

Плохо было даже не то, что мы оказались в меньшенстве. Хуже всего было то, что дреться приходилось в тесном зале, а завсегдатаи поспешили кто попрятаться по углам, кто и вовсе покинуть столь специфически гостеприимное заведение.

— Эй, придурки, — стараясь хоть немного потянуть время, гаркнул я. — Там же написано при входе: «Стража обслуживается в последнюю очередь». Вам чего надо⁈

Секундная оторопелая пауза не затянулась. От такого неуважения представители закона просто озверели. Зал превратился в хаос, даже самые смелые посетители с воплями ринулись к чёрному ходу. Кто-то перевернул стол, кто-то швырнул табурет. Масляная лампа сорвалась с крюка и грохнулась об пол. Горящее масло растеклось по доскам стойки, и по дереву побежал огонёк.

Рагнар дрался как зверь, невзирая на только что зажившие раны. Его кулак, утяжеленный отлетевшей ножкой стула, впечатался в челюсть стражника с мерзким хрустом. Латник впечатался в стену и сполз по ней мешком. Капитан подхватил его выпавший меч и закрутил клинком перед собой.

— Стареть я начну завтра! — рявкнул Рагнар, блокируя удар сверху.

Я рубанул ближайшего латника по руке, целясь в стык доспеха. Лезвие вошло в плоть между наручем и перчаткой. Стражник взвыл и выронил оружие. Второй навалился сбоку, и мы покатились по полу.

В прошлой жизни самой запоминающейся моей дракой была потасовка на корпоративе. После третьей бутылки шампанского я промазал мимо обидчика и угодил кулаком в вазу с цветами — кстати, нехило поранил кисть. Сейчас я катался по полу с вооружённым латником. Топор на таком расстоянии был почти бесполезен и никак не попадал в щель доспеха. Карьерный рост, однако.

Но тут я рефлекторно рванул рукой, и топор нашёл цель, вонзившись в бедро противника. Стражник охнул и ослабил хватку. Я выкатился из-под него, вскочил на ноги. Арбалетный болт свистнул мимо уха и вонзился в стену.

И тут задняя дверь таверны распахнулась…

В зал вошли трое в белых плащах с символом солнца на груди. На творящееся побоище они обратили не больше внимания, чем на щенячью возню во дворе. В руках у них сверкали полутораметровые клинки из светящегося металла. Паладины инквизиции во всей своей пугающей красе.