Книга Где моя башня, барон?! Том 5, страница 43 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Я выбрал Краснодарскую Академию. Отправил заявку, обращая внимание на Гоба, который вылизывал тарелку, на которой ещё недавно находилось сало.

— Всё, Гобби, скоро мы отправимся в Краснодар, — торжественно объявил я.

— Краснода-а-ар, белогрибые лошадки-и-и-и

Краснода-а-ар, черепа взрывают всмятку-у-у-у, — запел Гоб, выскакивая в центр комнаты и приплясывая, высунув язык.

— Лучше не напоминай, — вздохнул я, пытаясь выкинуть из головы страшную картину из прошлой жизни. — И не Краснодар то был, а Краснобай.

В Краснобае — как прозвали местные древнюю пещеру за таинственные красные отблески в глубине — мы нарвались на странных существ. Они реально были похожи на коней. Мало того, усыпаны странными белыми грибами, похожими на ядовитые рохлянки. Причём швырялись грибовые кони спорами аки бешеные. От этой гадости несколько товарищей начали чихать. Настолько сильно, что черепа их в итоге разрывались на куски.

Хорошо, что у меня был артефактный плащ, который формировал маску на лице. Да и остальные тоже успели вовремя защититься. Лишь у пятерых не оказалось защиты органов дыхания. Вот они скоропостижно и отошли на тот свет.

Сколько мы тех тварей порубили, не счесть. А затем прошли это адово место насквозь, нападая с тыла на враждебное племя орков. Напали внезапно, разбили врагов в пух и прах. Но те жуткие смерти в пещере до сих пор вызывали у меня холодок в груди.

Гоб плясал как заведённый, а я швырнул в него тапком, попадая по макушке.

— Хватит уже паясничать, угомонись, — предупредил я. — А то я могу и отменить заказ по тушёнке.

Гоб сразу же затих, обиженно надул губы и нырнул в тень.

У меня ещё есть две с половиной недели. За это время я должен разобраться с бандосами окончательно, наладить дела в Журавле, господиннице и охранном агентстве Шиши «Защитник», под таким названием оформили нашу организацию. Ну и башню я пройду завтра.

Ко мне зашёл мрачный Никифорыч. Он покосился на пустые блюда на столе.

— Катюха сказала, чобы я прибралси за тобой, — проворчал он. — А самому ножками не судьба причапать? Ох, молодёш-шь, тож мне…

— Ты присядь, старый, — подвинул я стул к своему рабочему креслу. — Разговор есть.

— Ты нотацию читать собралси? — иронично прищурился старый хрыч.

— Тебе уже поздно что-то читать, — заметил я. — Не боись, ругать не буду.

— Только бы попробовал, ага… ругать, ха-ха! — заскрипел дед, но присел на стул и уставился на меня. — Чаво надо? Говори ужо.

— Ты знаешь, чаво, — пристально посмотрел я на старика.

— А вот и не знаю, — насупился Никифорыч.

— Ты пошто бухаешь, как невменяемый? — с ходу я наехал на него. Но по-другому ведь он не понимает.

— А эт мои дела. Ты в мою душу не залазь, — огрызнулся старик.

— Я могу совет дать, подсказать, — предположил я.

— Ха, сопля осьмнадцать лет от роду мне, доживающему век, может советом подсобить! Ха-ха! Не смеши мои седые… — в конце Никифорыч осёкся, решил, что уж достаточно наговорил.

То ли его смутил мой холодный взгляд, то ли хрен знает откуда взявшийся меч с белёсыми узорами на клинке. Об это оружие я и облокотился, продолжая смотреть на старика.

— Ну ладно, не сопля… я погорячилси мальца, — признался старикан, доставая табакерку из-за пазухи.

— Не выношу запах табака, — предупредил я.

— Ну а чо ты старому голову морочишь⁈ — вспыхнул Никифорыч, пряча коробочку в карман. — Да! Тамарка меня отшила! Я ей хотел приятно сделать! На озеро Гладское сводить!