Книга Где моя башня, барон?! Том 4, страница 14 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Я посмотрел в сторону заветного столика, который находился ближе всех ко входу. К нему уже бежали вооружённые люди в чёрной форме. Затем на побледневшего хозяина арены. По иронии судьбы он оказался у входа. Крапивину заломили руки за спину, а чтобы был сговорчивее ударили прикладом в живот.

Проклятье! Какой идиот навёл полицаев на Крапивина? Явно это был не аристократ. Развлечений в Хабаровске не сказать что много для аристо. Тем более подобного толка. А хуже всего то, что я точно не успею забрать свой выигрыш.

Ну и ладно. Сейчас главное выбраться отсюда незамеченным, а после я получу заслуженную награду. Любой ценой.

Я накинул покров маны, а затем понял, что получится активировать и руну «родэ». Только пользоваться ею смогу недолго, иначе — прочувствую на себе все прелести магического истощения.

Вокруг тут же всё замедлилось. Крики аристократов, полицейских, выстрелы — всё это расплылось в протяжные гулкие звуки.

Я уже был у чёрного входа, когда заметил нескольких полицаев неподалёку. Хорошо, что они отвлеклись на тучного аристократа. Тот пытался вырваться, махал руками, корчил физиономию. Выглядело это в замедлении очень забавно. Я буквально пролетел мимо, через мгновение оказываясь в переулке.

Заметил полицейскую машину, которая заворачивала в закуток, и кинулся к двухметровому забору. Одним магом перепрыгнул его, оказываясь на заброшенной стройке.

Как только я оказался в недостроенном здании, время вновь пошло в нужном ритме. Сердце колотилось, как бешеное, дыхалка была порядком сбита. Раненый бок жгло от боли, и снова выступила кровь.

Я услышал пьяные голоса, аккуратно выглядывая из-за бетонной стены.

— Эт самое… а эт чё было? — уставился в сторону один из работяг в грязной робе. — Ты видел? Мелькнуло чаво-то.

— Петрович, да ты задолбал! — воскликнул небритый здоровяк.

— Да я те говорю. Проскочило вот прям щас! Тёмное! Ну, Васёк, скажи! — толкнул сидящего рядом дрыща тот, кого назвали Петровичем. Дрыщ открыл глаза, чудом не ухнув с паллета.

— Наливай, — махнул он.

— Хорош трындеть, — проворчал небритый Петровичу. — Вчера были вспышки, сегодня что-то тёмное.

— Да было чаво-то, — обиженно протянул Петрович, посмотрев в мою сторону.

— «Чаво-то», — передразнил его небритый, поднимаясь с места и направляясь в мою сторону. — Мыши бегают, а ты паникуешь.

Работяга поравнялся со стеной, заглянул за неё. Как раз в тот момент, когда я скрылся за бетонной лестницей.

— Никого нет, Петрович, — засмеялся он, возвращаясь к остальным. — Это уже старческое у тебя…

Мне было плевать на их разговоры. Не рассмотрели меня — да и ладно. Гоб передал мне артефактное кольцо, которое я накинул на палец и бесшумно прошёл здание насквозь. Ноги ступали по кускам штукатурки, щебню, строительному мусору, не издавая ни малейшего звука.

Затем вышел с территории стройки через приоткрытую калитку.

На улице, примыкающей к ангару, полицейские суетились у большого автомобиля. Грузили различные предметы роскоши, в которых буквально утопал кабинет Крапивина. Среди всего добра я заметил с десяток тяжёлых сумок. Из одной выпало несколько купюр, которые в спешке подобрал один из полицаев.

Часть денег в этих сумках — моя, кровно заработанная. А я всегда получаю то, что по праву моё. Любой ценой.