Книга Где моя башня, барон?! Том 3, страница 99 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Вызвал я такси и отправился в СОХ. Да, тут было ехать совсем ничего. Но так лень идти пешком.

Охотники уже ждали меня в тренировочном зале. Многие были удивлены тем, что на моём лице красовались пара больших синяков на поллица. Да. Сегодня я красив как никогда. Но регенерация продолжала работать и гематомы уже не было.

— Чего пялитесь⁈ Схватили брёвна и бегом по кругу! — рявкнул я, войдя в образ сурового военачальника.

Двадцать кругов с брёвнами, растяжка, круговые упражнения с собственным весом, в которые вошли отжимания, выпрыгивания, подтягивания, отжимания на брусьях. А после я сделал небольшую добивочку. Заставил всех идти гусиным шагом, всего-то сотню кругов.

Охотники пыхтели, но стоически переносили пытки. Правда, до сотого круга смог дойти только Шишаков, у остальных ноги отказались двигаться уже на семидесятом.

— Ну и чего вы разлеглись? Тренировка идёт всего полтора часа! — гаркнул я. — Положение лёжа принять! По-пластунски тридцать кругов поползли!

Когда тренировка подошла к концу, многие были в шоке от двух вещей. Во-первых, они были удивлены, каким зверем я могу быть. А во-вторых, к концу занятия синяки сошли с моего лица.

В этот день я не занимался вместе со всеми, а лишь выступал в роли жестокого инструктора. Поэтому, когда все потащились в душ, я отправился обратно в гостиницу и мирно уснул в своей, мать его, комнате! В которой никто не храпел. Да и грязными носками здесь не воняло. Райское место.

Очнулся я ближе к обеду, когда почувствовал, что Гоб вернулся. Открыв глаза, я увидел зелёномордого, бегающего на руках вокруг моей кровати. Заметив, что я проснулся, он выпрыгнул вверх, сделал сальто и, приземлившись на пол, торжественно развёл руки в стороны.

— Спешу барон вам сообщить,

Что Тесаку недолго жить,

Ведь я нашёл, где он скрывался,

Ну а у нас должок к нему остался.

Как крыса, спрятался на даче,

И громко-громко Тесак плачет.

Молит богов, чтобы они его простили,

Но скоро отведём его к могиле, — сообщил гоблин.

Затем он хищно улыбнулся и, утопая, в тени добавил:

— Я долго бегал и хочу пожрать,

Было бы мило пирожков мне подогнать.

— Отличная работа, обжора, — хмыкнул я и собирался отправиться за пирожками к тётке, которую встретил, впервые оказавшись в Хабаровске. Но в дверь постучали.

— Кто там? — спросил я, хотя выбор был невелик: либо дед, либо Катерина.

— Я поесть принесла, — послышался приглушенный голос Катерины.

— Надеюсь, что там пирожки, — улыбнулся я и, поднявшись с кровати, отправился к двери.

Распахнув створку, я утонул в аромате мытых волос. Они пахли ромашкой. Девушка держала в руках поднос с супом и драниками. Я сглотнул слюну, но не потому, что чертовски хотел есть, а потому, что Катя пришла в тоненьком халате, через которую просвечивалась голая грудь. Настроение резко пошло в гору, и я втащил девушку в комнату, заперев за собой дверь.

— Вижу, ты проголодался, — хихикнула красавица.

Её веснушки и пышные губы манили к себе. И я сразу же поддался желанию. Забрав из рук девушки поднос, я поставил его на стол. А после прижал к себе Катерину. Жаркое дыхание щекотало моё лицо, я чувствовал два плотных бугорка, которые коснулись моей груди. Катерина игриво посмотрела на меня и впилась в мои губы.

Руки сами соскользнули на её упругую попу, и я рывком оторвал её от земли. Девушка скрестила ноги, обхватив ими мою спину, томно задышала. Мы направились в сторону кровати.