Книга Где моя башня, барон?!, страница 30 – Антон Панарин, Сергей Харченко

На пути к выходу я пару раз заблудился, но в итоге сумел найти дорогу. Однако выяснилось, что самое весёлое ещё впереди. Лёгкий спуск в пещеры превратился в изматывающий подъём по невероятно скользкому глинозёму.

Гоб, паршивец! Вколачивая когтистые лапы в глину, он с лёгкостью выбрался на поверхность, а мне же пришлось бороться за каждый сантиметр продвижения. Я цеплялся ногтями, вколачивал в глину гарду меча, при этом стараясь не выронить проклятую черепушку ящера.

С горем пополам я выбрался наружу и рухнул без сил на утоптанную землю. Тяжелое дыхание со свистом вырывалось из лёгких, а над головой плыли алые облака. Уже закат. Отлично. Значит, придётся топать в деревню по темноте. Ну да ладно. Это куда проще, чем ориентироваться в этой пещере.

Отдохнув пару минут, я сконцентрировался на биении сердца Гоба и отправил его в спячку. Не хватало чтобы Анисим встретил меня в компании зеленомордого. Тогда награда за работу может смениться наградой за мою голову. Ведь таких существ он явно ранее не встречал.

С трудом поднявшись, я пошёл к деревне. Спустившись с холма, присел у ручья, чтобы напиться. Из воды на меня смотрело молодое лицо. Волосы чёрные как смоль, волевой подбородок и колючий взгляд. Даже удивительно, что этот парень был таким слабаком. Или это я сделал его взгляд колючим?

Попив и умывшись, я продолжил путь. Солнце быстро село, и мне бы пришлось пробираться через лес в кромешной тьме, если бы не трофейные жемчужины. Я насадил голову ящера на клинок и закинул его на плечо, а во вторую руку взял горсть жемчужин и двинул сквозь чащу, освещая путь.

Красно-зелёное свечение выдернуло из темноты тропинку, по которой меня вёл Анисим, и я со спокойной душой направился по ней. Забавно, но ночной лес отличался от дневного. Звенящая тишина сменилась уханьем филинов и криком сов. Периодически вдали выли волки, а вместе с тем безумно урчал мой живот.

Спустя полчаса я вошёл в деревню. Местные собаки встретили меня с почестями. Облаяли хвалебными одами и даже попытались поцеловать в ножки острыми клыками, вот только я не настолько тщеславен. Шикнув, распугал дворовых шавок, подошёл к дому старосты и ногой постучал в дверь.

— Открывай! — гаркнул я, когда заметил в окне заспанную рожу старосты.

Проклятый хорёк думал спрятаться и сделать вид, что никого нет дома, но я продолжил упорно молотить в дверь.

— Да иду я! Иду! Чё расшумелся⁈ — послышался недовольный голос из-за двери.

Дверь приоткрылась, и на улицу выглянула сальная морда старосты.

— До утра не мог подождать? — возмутился он.

— Боялся, что голова протухнет, — хмыкнул я и, дёрнув дверь на себя, закинул в дом голову ящера.

— Ты чё, сдурел⁈ Зачем мне тут эта погань⁈ — завопил староста, смотря, как голова катится по дощатому полу, оставляя за собой грязные разводы.

— На стену повесишь и расскажешь всей деревне, что это ты ящера убил, — улыбнулся я и прошёл в дом мимо ошалевшего Степаныча. — Расплатись и я пойду. Кстати, там было семь существ, а плату я возьму, как и договаривались, за одного. Но если решишь накинуть сверху премию, я с радостью приму её.

Я устало присел на лавку у входа и требовательно посмотрел на хозяина дома.

— А мне откуда знать, что их там семь было?

— Ты можешь либо поверить моему слову, либо я отведу тебя в логово ящеров. Собственными глазами увидишь их трупы.