Книга Где моя башня, барон?!, страница 20 – Антон Панарин, Сергей Харченко

Кстати, интересно, почему Мышкин не раструбил по округе о моих поисках? Боится за свою репутацию? Или проблема ещё в чём-то? Граф не последний человек в империи. Думаю, именно страх за репутацию может заставить его молча искать меня собственными силами.

Правда, молчание продлится недолго. Если хоть кто-то из стражников запомнил моё лицо, то очень скоро я прослыву маньяком, насильником или вором, а за мою голову предложат солидную награду. Нужно убираться отсюда как можно дальше.

— Да и чёрт с этими дворянчиками. Пусть хоть глотки перегрызут друг другу. Верно говорю? — усмехнулся я, втираясь в доверие.

— Всё верно. Нам от них пользы никакой, сплошные поборы да побои, — хмыкнул лесник, отодвигая кустарник в сторону.

— Анисим, вот ты сказал, что башня оказалась пустышкой, — напомнил я старику. — Это что значит?

— Ну смотри. Бывают башни, которые рушатся после покорения. Это пустышки. А есть те, которые остаются стоять на долгие годы. Потом, конечно, тоже рушатся. Тьфу! Сука! — лесник закашлялся и сплюнул мошку, залетевшую в рот. — Падаль мелкая! Короче, бывают пустышки, а бывают… — Анисим задумался и стал бубнить под нос, — Как слово-то это называется? Тьфу, твою кочерыжку! Забыл. А! Во! Воплощённые! — торжественно заявил он и, повернувшись ко мне, улыбнулся беззубым ртом.

— И что это значит?

— Володь. Я смотрю, ты вообще не интересовался башенками-то, да? — старик вновь одарил меня слишком пристальным взглядом.

— Пока ты башенками интересовался, я учился сражаться, — сказал я чистую правду.

— Ну тоже дело хорошее, — одобрительно кивнул лесник. — В воплощённых башнях часто бывает несколько слоёв, как в пироге. Первый слой отведён под испытание. Если его пройти, открывается следующий слой.

— И там тоже испытания? — усмехнулся я, вспоминая, как мы из комнаты с загадкой попали на бойню к скелету.

— Когда как, — пожал плечами старик. — Бывает, что испытание. Порой может рудник какой встретиться или и вовсе проход в другой мир. По-разному бывает.

Мы вышли на дорогу, состоящую из сплошной колеи и грязи. Одного взгляда было достаточно, чтобы с уверенностью сказать, что недавно в этой топи застряла телега. А в сотне метров впереди показался мост, за которым расположилась деревенька.

Лесник остановился и, сделав глубокий вдох, улыбнулся. Он как будто наслаждался ароматом милого дома.

— Володь, ну всё, мы пришли, — старик подмигнул и бодро зашагал в сторону деревни.

Деревушка оказалась небольшой. Одиннадцать жилых домов, склад, амбар с животными да небольшая кузня. Переходя через мост, я сразу же понял, почему деревня называется Сита. Местные сидели на берегу реки и промывали песок через сито.

Молодой парень лет двадцати швырнул свой инструмент на берег и победоносно поднял над головой крошечную крупинку, блестящую на солнце.

— Нашёл! — воскликнул он и тут же утонул в волне ненависти от окружающих.

— Да чтоб тебя черти драли! Трофим, паскуда малолетняя! — выкрикнула сморщенная женщина и замахнулась на паренька ситом. — Почему тебе везёт, а нам нет?

— Это потому, что я добрый. А вы желчью давитесь, хе-хе-хе, — ехидно заявил парень и спрятал золотую песчинку в мешочек, висящий на поясе.

— Здорова, Добряк! Ты чё там? Опять стариков дуришь? — выкрикнул лесник и ударил по ограждению моста.