Книга Восхождение Плотника. Том 5, страница 79 – Антон Панарин

— Рисково. — подметил Силуян.

— Да нет. Зверь не опасен если его не дразнить и не совать руки куда не надо. — Парировал я.

Силуян кивнул понимая что в моих словах есть смысл и мы пошли дальше. Он достал из подсумка полоску бересты, огрызок угольного карандаша и сделал пометку мелким аккуратным почерком. После чего убрал бересту обратно и перешёл к складу, где осмотрел готовую продукцию.

Когда экскурсия завершилась, Силуян посмотрел на меня и кивнув каким-то своим мыслям впервые за всё время двинул длинную речь:

— Значит так, староста. Я увидел всё что хотел, и вот что я тебе скажу…

Тон Силуяна мне не понравился, но вот во взгляде читались проблески уважения.

— Слухи о Микуле дошли до Москвы. Государь желает знать, точно ли покойный староста был культистом Чернобога, а если так, то уничтожен ли алтарь?

— И что ты понял проведя расследование? — Улыбнулся я смотря на Силуяна.

— А понял я что ты человек не простой. Обычный алкаш внезапно начинает производить мебель краше которой не сыскать. Налаживает торговые отношения, захватывает власть в деревне и переманивает к себе людей из соседних сёл.

— Никого не переманиваю, они сами приходят. — Парировал я. — Да и не слыхал я о запретах принимать у себя крестьян пожелавших лучшей доли для себя и детей.

— Верно говоришь. Такого запрета нет. — Хмыкнул Силуян. — Однако это не объясняет откуда ты такой умный сыскался.

Государев человек с прищуром уставился на меня и изучая пялился секунд двадцать не говоря ни слова. Я тоже молчал, так как выдумывать какую-то околесицу бессмысленно, ведь передо мной далеко не дурак. Наспех придуманным враньём его не перехитришь.

— Ладно. Зла ты не чинишь. Народ от тебя без ума, а стало быть доложу государю что мастер Ярый чист на руку, и к культистам не принадлежит, — произнёс Силуян.

— Рад что ты рассмотрел очевидное. — Улыбнулся я. — А что насчёт мастерской? Ремесленная мастерская недавно на нас кляузу написала и запретила мебелью торговать… — Начал было я, но Силуян меня перебил.

— Что до мастерской, так она работает исправно и в казну приносит немалый доход. Методы производства странные, спору нет. Но ежели вы людей слизням не скармливаете, то нам до этого дела и вовсе нет. Самое важное то, что тебя крестьяне любят и живут хорошо. А это в наших краях встречается не так уж часто.

На его похвалу я едва не выпалил въевшееся в подкорку «Служу советскому союзу!».

— Рад стараться, — кивнул я.

— Вот и дальше старайся. Себе и люду на благо. — Силуян выпрямился, одёрнул плащ и пожал мне руку. — Завтра на рассвете уеду обратно. За постой с хозяйкой уже расплатился.

Мимо нас пробежал Петруха и поздоровался. Пришлось его тут же тормознуть.

— Петруха! Сгоняй в мастерскую и шкатулку покрасивее принеси нашему гостью. Сувенир на память так сказать.

— Ага! Щас, сделаем. — Шмыгнул носом Петруха и побежал дальше.

— Я взяток не беру. — Отрезал Силуян.

— А это и не взятка. Так, безделушка которую сможешь подарить жене, дочери или приглянувшейся барыне. — Улыбнулся я.

— И всё же…

— И всё же не омрачай наше с тобой прощание своим отказом. Просто возьми чёртову шкатулку и едь обратно. — весело, но с нажимом произнёс я.

— Ладно. Уговорил. — Усмехнулся Силуян и пошел обратно на постоялый двор.