Книга Восхождение Плотника. Том 5, страница 37 – Антон Панарин

Через три дня Фома привезли в Яриловку. Выглядел он паршиво, а его жена выла так, будто мужа привезли мёртвым. Марфа, завидев мужа у ворот бросилась к нему, причитая и ощупывая культю. Фома успокаивал жену говоря что всё будет хорошо, но судя по всему она в это не верила, ведь знала мужа лучше всех. Фома даже в таком состоянии продолжит ввязываться в очередные проблемы.

Пелагея вернулась следом за ним, злая и уставшая. Три дня она просидела в мастерской ускоряя восстановление Фомы с помощью живы. Ведьма ввалилась в избу, рявкнула на Древомира чтобы тот не лез с объятиями, поднялась наверх и уснула, даже не сняв плащ.

В тот же день я собрал совет. Своего рода военный совет, на котором был только я, Тарас, Пелагея и Злата. Увы остальные в защите Яриловки были бесполезны. Да и Злату я не хотел сюда вмешивать, но она настояла. Григория звать не стал, рыбак и так зашивался с постоялым двором и стройкой. Правда как только мы расселись в горнице за дубовым столом отворилась дверь и вломился Фома.

— Охренели? Я едва не подох защищая Яриловку, а вы без меня оборону обсуждать решили?

— Свали убогий. Ты едва на ногах держишься. — Фыркнула Пелагея.

— Ага. Еле держусь. Но даже так я сильнее любого мужика в Яриловке. — Кивнул Фома.

— Хватит лаяться. Садись к стенке. Злата, дай ему какой-нибудь отвар, чтобы не помер в ближайшие пару часов. — Попросил я.

Злата метнулась к печи, где грелся чугунок с водой. Бросила туда зверобой, чабрец и ещё что-то ароматное, а после подала Фоме. То ли мой боевой товарищ не боялся горячих напитков, то ли пребывал в изменённом состоянии сознания, но он вылакал весь отвар залпом. Потом только отплевался от веточек и шумно выдохнув опёрся о стену.

— Спасибо. — Произнёс он и собирался ударить правой рукой по столу, но именно этой руки он и лишился. Немного замявшись он поднял левую и легонько стукнул по столешнице. — Давайте начинать, а то у меня по плану самобичевание и слушание причитаний жены.

Это была шутка, но такая печальная что никто даже не попытался улыбнуться.

— И так. Один маяк спалили волхвы чернобога, и теперь пятьдесят метров леса покрылись гнилью, которая медленно расползается во все стороны. Тарас расставил капканы по периметру, но веры в то что в них попадётся один из волхвов у меня нет. Стражу мы удвоили. Правда от этого нет никакого толка. Мертвякам нанести урон могут лишь путники, а их у нас… Да собственно все они сидят в этой комнате. — Я вздохнул и обвёл собравшихся взглядом. — Если на Яриловку нападёт стадо дохлых медведей, то мы не сможем и носа высунуть за частокол.

— А потом этот частокол разберут на запчасти косолапые. И как только это случится, они нас схарчат. — Закончил мою мысль спустившийся со второго этажа Древомир.

— Вроде того. — Кивнул я. — Я собрал вас здесь для того чтобы решить что делать дальше?

— Да чё? Всё ясно как белый день. — Фыркнул Древомир. — Копаем волчьи ямы, ставим ловушки и молимся богам чтобы мы смогли дотянуть до весны. Там слизнячки оттают и мертвечину пожрут.

— Мысль дельная. Но во-первых, попробуй дотяни до весны. Два месяца как никак нужно продержаться. А во-вторых, это не решит проблему. Волхвы чернобога продолжат пакостить, просто выберут другой способ. — Парировала Пелагея.