Книга Восхождение Плотника. Том 3, страница 110 – Антон Панарин

— Правильно говорить воздушных замков. Но это ладно. Завтра утром у нас будет пять подсобников и с лесопилки привезут партию досок и бруса.

— Эт ты когда успел со всеми договориться то? — Удивился мастер.

— Я и не договаривался, а делегировал полномочия.

— Чего? Несёшь с утра какую-то ахинею. — Фыркнул Древомир поднимаясь с лавки. — Пошли пресс делать. Чё воздух то гонять понапрасну?

И мы пошли. Не спеша, молча. Только я и мастер. А Петрухе я дал выходной специально. Должен же молодожен хоть изредка быть дома со своей любимой. Глядишь ещё пару Петрух сделают. Если они будут такими же амбалами, то и их привлечём на производство. Ха-ха. Шучу. К моменту когда они подрастут, Петруха будет олигархом местного пошиба. Если меня не убьют раньше, само собой.

За день работы в мастерской мы успели собрать только два каркаса для новых прессов, а после отправились домой. Древомир пошел готовить еду, а я занялся самым важным делом. до которого ранее не дошли руки.

Отсчитал деньги на закупку досок, остальные спрятал в разных места. Часть под половицы в доме древомира, немного зарыл под дубок, ещё чуть чуть рассовал по мешкам с пшеницей, ну и напоследок закинул золотишко в деревенскую мастерскую которую мы больше не используем.

Ах, да. Ещё использовал схему параллельного импорта. Кузнец мне даже кривой гвоздь откажется продавать после того что я сделал с его сыном. А вот нашему охотнику с радостью продаст всё что угодно. По этому я заглянул к Тарасу, выдал ему пять золотых благодарности и попросил закупить побольше гвоздей, верёвки и рогожи. Свой заказ я получил через два часа, ещё и сдачу вернул. Золотой он человек!

Ближе к ночи мои дела были завершены. Я истопил баньку, попарился и лёг спать. Прекрасное забытьё утянуло меня в черноту в которой не было даже снов. А когда я открыл глаза понял что жалею о том что у нас нет второго дубка. Было бы здорово получать от него подпитку и в мастерской и дома. Скатившись с печки я крикнул:

— Мастер! Я ушел, догоняйте!

Оделся и выбежал на морозный воздух. Как и договаривались с дедом Тимохой, у восточных ворот уже стояли работники и курили самокрутки.

— Ну и где этого пропойцу носит? Чё мы тут яйца то морозим? — Спросил молодой чернявый парень.

— Не нравится, так вали домой. — Буркнул седовласый амбал.

— Да, а чё тут может нравиться? Мы пока денег то не видали. — Парировал чернявый.

— С таким настроем ты их и не увидишь. — ответил седой и заметил меня. — Всё, рот прикрой. Вон, работодатель идёт.

Хмыкнув от затушил папиросу промеж пальцев и бросил окурок в снег. Насколько я помню это был Лука. Рядом с ним на корточках сидел Степан-бондарь, невысокий жилистый работяга лет сорока с аккуратной русой бородой и спокойными серыми глазами.

Правее стоял Гаврила-возчик, молчаливый кряжистый мужчина с тёмной бородой и скучающим видом. Ну и конечно же братья Черновы. Мишка и Гошка. Возмущался Гошка.

— Мужики, — обратился я к ним. — Работать придётся в лесу, десять вёрст от деревни. Строим склад, потом мастерскую, прокладываем дорогу до деревни или основного тракта, а после если пожелаете, возьму вас подсобниками в мебельную мастерскую.

— И чё там делать? Гвозди подавать? — Фыркнул Гошка.

— Почти. — Улыбнулся я и стал перечислять. — Будете обжигать досоки, шлифовать, заниматься погрузкой и разгрузкой, ну и так по мелочи. Плачу четыре медяка в день, расчёт каждый вечер. Условия простые: работаем от рассвета до заката, обед за мой счёт, а если кого что-то не устраивает, то давайте попрощаемся прямо сейчас.