Книга Восхождение Плотника. Том 2, страница 73 – Антон Панарин

— Страдание.

Пелагея растянула губы в улыбке и кивнула.

— Умный парень, всё понимаешь. Если хочешь сформировать узел, наплюй на боль. Лопнула кожа, взорвались мышцы, треснули кости, не останавливайся. Продолжай формирование, чего бы это ни стоило.

— Через страдания к звёздам, — пробормотал я.

— Или в могилу, — Пелагея поднялась и отряхнула юбку. — Как повезёт.

Она развернулась и пошла к избе оставив меня собираться с духом. Помнится как-то мы бурили скважину в скальном грунте и бур раскалялся докрасна. Можно было остановить и остудить его, потеряв кучу времени. А можно было давить, пока сверло не пройдёт насквозь. Второй способ убивал буры, но давал результат. Заказчик тогда сказал что время дороже денег и мы этих буров попортили, страшно вспоминать.

Сейчас в роли бура выступало моё собственное тело. И если я его сломаю, то второе мне вряд ли кто-то даст…

Кора старого вяза согревала спину, а жива текла по позвоночнику мощным потоком. Я закрыл глаза и сосредоточился. Мысленно нарисовал чертёж правой ноги. Бедренная кость, коленный сустав, берцовая кость, голеностоп и стопа. Пять сегментов, каждый со своими каналами.

Каналы в ногах были забиты, однако через стопы энергия проникала в тело, пускай и слабо. Нужно сформировать новый узел наплевав на боль и рвущиеся мышцы. Не простая задачка, но деваться не куда.

Мысленно я представил как поток живы из поясничного узла течёт в правое бедро и спускается к берцовой кости, точно такой же поток я направил из ступни. Жива потекла медленно и неохотно. Канал в бедре был весьма узким из-за чего энергия протискивалась с усилием.

Как и ранее жива упёрлась в стену и не желала течь дальше причиняя мне весьма сильную боль. Я стиснул зубы и увеличил напор. Я сжал живу в тугой жгут и надавил сильнее. Сперва ничего не происходило, а после я всем телом ощутил удар, будто разом пробило пробку, и два потока живы идущих из поясницы и стопы столкнулись друг с другом.

Удар обрушился на берцовую кость. Каналы затрещали от перегрузки, а я взвыл от боли. Не заскрипел зубами, не зашипел, а именно взвыл. Протяжно и хрипло, как подстреленный зверь.

Боль была чудовищной. На стройке я однажды уронил себе на ногу чугунный радиатор. Так вот, по сравнению с этим тот радиатор был нежным поцелуем.

Кожа на голени вздулась и лопнула. Не метафорически, а в буквальном смысле. Ткань правой штанины промокла от крови. Мышцы под кожей рвались как старая верёвка под нагрузкой. Каждое волокно выгорало от потока живы, не рассчитанного на такое давление.

Я заорал и вцепился ногтями в кору вяза. В глазах потемнело, рот наполнился кровью от прикушенной губы. Хотелось всё бросить и свернуться клубком от боли.

Но я не отпустил, а лишь направил потоки из поясницы и стопы по кругу, закручивая спираль. Кровь текла по голени, пропитывая штанину, боль простреливала до самого позвоночника.

Вихрь уплотнялся, сжимался и разгонялся всё сильнее. Казалось что в центре голени разгорается жаркое пламя сжигающее меня изнутри. Кожа продолжала рваться, всё новые и новые язвы открывались. Когда боль стала невыносимой, перед глазам вспыхнуло сообщение системы:

Узел живы сформирован. Локация: правая берцовая кость. Ёмкость: 20 единиц. Повреждение мышечных тканей: значительное. Множественные разрывы капилляров. Рекомендуется оказание медицинской помощи, а также длительный отдых.