Книга Бездна. Том II, страница 93 – Антон Панарин

— В тяжелые времена нужно принимать тяжёлые решения! — Взвизгнул горбун пытаясь меня перекричать.

— Именно так бы и сказал дьявол! Он пытается зло выдать вам за благодетель! Очернить всё то доброе что было в ваших душах! И только я смогу вас спасти. Ты говоришь, что бог защитил тебя от любого зла. Тогда докажи. Один удар нанесу я, а другой удар нанесёшь ты или кто, либо из твоих людей. Будем бить до тех пор, пока сила, защищающая нас, не иссякнет. Моя вера крепка! А твоя? — Спросил я, расплывшись в улыбке.

Сложно было не улыбаться, когда толпа за спиной продолжала шептаться не смотря на зыркание Казимира. А на его лице отпечаталась тревога. Боится, что одураченные им люди перестанут поддерживать, а то и гляди отправят его на костёр.

— Тихо! — Фальцетом взвизгнул горбун. — Вы! Как вы смеете шептаться за моей спиной?! Увидели еретика и усомнились в силе божьей?! Каждому по десять плетей на закате! — Он тыкал скрюченной кистью в прячущих взгляды людей, было понятно, что всё что их здесь удерживает это страх и бородатые мужики с ружьями которые действительно уверовали в горбатого. — А ты! Думаешь способен сломить силу божью? Что ж, давай. Посмотрим святой ты или просто умалишенный. Узрите нечестивцы! Господь одарил меня своим благословением, мне ничего не страшно! Бей.

Горбун раскинул руки в стороны, а его люди потащили мутанта на улицу. Да, зрелище не для слабонервных, лучше мутанту не видеть то, что случится дальше. Я материализовал копьё и со всего размаха швырнул в грудь горбатому.

С хрустом Гунгнир смял урода как игрушечного и отбросил в сторону каменной стены. Пролетев десяток метров, он врезался в неё издав грохот, прокатившийся по храму, а вместе с ним с потолка посыпалась пыль. После такого вряд ли он выжил.

Верующие затихли и смотрели на тело, расплескавшееся по полу. Кто-то тихонько плакал. кто-то молился, а кто-то смотрел на меня готовясь вонзить клинок в рёбра. Я прервал театральную паузу и раскинув руки сказал:

— Господь даровал мне силу сокрушить нечестивца! Вы видели собственными глазами, как пал еретик. Еретик, который одурачил вас. Не бойтесь, бог всемилостив и простит вас, ведь вы не виноваты в том, что лукавый обманул вас. — Я улыбнулся как можно более доброжелательно, как будто смотрю на детей. На детей, вооруженных ружьями, мечами и прочим колюще режущим.

За спиной послышался кашель. Горбун, опираясь на стену поднимался с пола. Рёбра, вогнутые в грудину, медленно принимали первоначальную форму. Вот сучонок! У него ещё и регенерация неслабо вкачана. А я думал только крепкая кожа или что-то наподобие этого.

— Узрите силу господню. Я цел. Держите его. Яков, принеси свой топор, посмотрим спасёт ли его шею, вера. — Казимир сплюнул на пол и злобно ухмыльнулся.

Меня сбили с ног и ткнули мордой в пол. А ничего у них тут, чистенько. Сверху раздался недовольный стон.

— На спину переверните его. Я хочу, чтобы нечестивец видел, что его ждёт. — Казимир определённо сдерживался чтобы не назвать своих рабов идиотами.

Рывком меня перевернули на спину и прижали конечности ногами к полу.

— Яков, как закончим, вон там, — я показал взглядом в сторону северной стены, — нужно будет штукатурку поправить. А то ангелов покосило, не порядок.

Здоровяк с топором на секунду замялся, переводя взгляд с меня на Казимира и обратно. А не слабый он принёс топор. Таким на скотобойне туши пополам разрубают. Ну и отлично. Чем страшнее железяка, тем эпичнее будет моё спасение.