Книга Закон треснувшего корешка, страница 202 – Анастасия Шелест

— Да все будет в порядке. Мы вдвоем и не планируем отходить далеко. Да и Организации нужно время, чтобы зализать раны. – Он запнулся и, чтобы сменить тему, добавил: – К слову, едва ли мы можем запрещать что-то Тее, учитывая открывшиеся обстоятельства. По традиции она должна стать Главой Академии. Вряд ли сейчас, но когда-нибудь позже точно.

Эрик легко принял правила игры, цепляясь только за последние слова. Он показательно округлил глаза и, рывком головы откинув с лица спадающие кудри, фыркнул:

— Музы упаси. Не каждую потерянную принцессу стоит находить. Иначе мы все обречены.

Его предвзятое отношение выпячивалось даже сквозь шутливые интонации. Можно подумать, Тея – какое-то чудовище. Академия знала лидеров и похуже. Да, пусть она не во всем разбирается, не владеет всеми тонкостями и отрицает добрую половину правил, но Тея никому не желает зла и не страдает непомерными амбициями – уже не так мало.

Берт обернулся и, у самой двери окинув брата смеющимся взглядом, бросил:

— Не мы, а ты. – Прищелкнув языком, он усмехнулся. – И только потому, что не умеешь себя вести.

Узнавать мнение Эрика на этот счет он не собирался и выскользнул за дверь прежде, чем брат успел что-то сказать. Торжество от победы в маленькой словесной перепалке приятно разливалось под кожей и грело. Приподнятое настроение укрепилось.

Стараясь не расплескать свою маленькую радость, Берт спешно лавировал между учениками в коридорах и перепрыгивал через ступени на лестницах. Тее и так пришлось его ждать. Оставалось надеяться, что она не надумала себе каких-нибудь глупостей и не решила, что Берт просто не пришел, забыв ее предупредить.

Из Академии он буквально вылетел, толкая высокие массивные двери. Склоняющееся к горизонту солнце наконец-то лизнуло его лицо. Ветерок скользнул по затылку ласковым летним прикосновением.

Не заметить Теодору было сложно. Она стояла на крыльце, переступая с ноги на ногу, и то и дело оглядывалась на дверь. Легкая юбочка шифонового платья с узорчатым рисунком легко вздрагивала. Оранжевые лучи солнца блуждали медными всполохами в волосах.

Стоило Берту появиться на крыльце, как Тея облегченно прикрыла глаза. Темно-бежевые губы вздрогнули.

Пегас его раздери. Значит, все-таки начала волноваться. Всерьез боялась, что он может не прийти.

Нельзя оставлять эти страхи в ее голове ни на секунду.

Берт рывком преодолел расстояние между ними и, не дав Тее времени на переживания, кивнул:

— Идем.

К вечеру прохожих всегда становилось больше. Кто-то спешил домой после работы, кто-то прогуливался, наслаждаясь теплом и хорошей погодой, школьники шатались по улицам, избавившись от необходимости делать уроки. Берт радостно влился в толпу, размашисто шагая пружинистой походкой. Улыбка растягивала его губы. Теодора за ним едва поспевала, и Берт попытался немного успокоить пульсирующую в груди радость.

Он остановился возле окошка кофейни, чтобы ноги не несли его вперед, и сделал заказ. Тея все это время молча наблюдала за его перемещениями и наконец-то спросила:

— Ты задержался. Что-то случилось?

Тревога в ореховых глазах мелькнула и спряталась за длинными ресницами. Музы милостивые, она еще и об этом беспокоилась? Удивительного мало, ей так избирательно давали важную информацию. Вполне можно решить, что от нее что-то скрывают.