Книга Босс. Любить обещай, страница 11 – Катя Куница

Она рассказала про пентхаус и тотальный контроль.

Про сообщение на телефоне.

Про романтическую поездку.

Про то, как маска сорвалась здесь, в этой самой избе.

Про его слова о другой женщине, о ребенке.

Про обвинения в шантаже, которых не было.

И про то, как дверь захлопнулась, а свет фар растворился в тайге.

Когда она закончила, в избе стояла тишина, нарушаемая только потрескиванием поленьев. Максим не двигался.

— Он оставил тебя умирать, надеялся на диких зверей, голод, холод. Чтобы даже тела не нашли. Чистая, аккуратная ликвидация проблемы.

— Да, так оно и было.

Максим медленно выдохнул.

— Меня тоже предавали. Не так экзотично, конечно, более приземленно. Друг, как я думал. Вывел активы, подставил под удар репутации, попытался отобрать компанию. Использовал доверие.

— Что с ним стало? — спросила она.

Максим метнул в огонь щепку.

— Он проиграл. Я выиграл. Он теперь торгует сантехникой в другом городе. Но осадок остается. Доверять после этого сложно. Приходится все просчитывать.

— Завтра, — сказал Максим, ломая возникшую тишину, — первым делом на холм, искать сигнал. Потом ловушки, вода. Спи. Тебе нужны силы.

Ночью ей страшно было засыпать.

Она все никак не могла понять, как такое с ней могло приключиться.

Почему? За что?

И откуда взялся этот высокий симпатичный парень?

Прислал его Игорь? Нет же, это не может быть правдой.

Рок? Судьба? Больше похоже на правду.

А если он маньяк да насильник?

Нет, не похож.

Хотя опять же — откуда она знает наверняка как те выглядят?

Вон ее муж тоже был хорошим, самым лучшим. А оказалось…

Утро пришло хмурое, но без дождя. Максим разбудил ее на рассвете, вручив кружку с горячей водой и кусок энергетического батончика.

— Собирайся. Идем, — сказал он, уже упаковывая рюкзак. Главное место в нем занимал прибор с антенной.

Аня, еще вчера едва державшаяся на ногах, почувствовала прилив странной, нервной энергии.

Сегодня был день, который мог все изменить. Она быстро допила воду, натянула куртку и вышла за ним.

Они двинулись в лес, в сторону от ручья, туда, где, по словам Максима, со вчерашнего осмотра он запомнил более-менее заметный подъем.

Шли молча.

Максим шел впереди, прокладывая путь, иногда останавливаясь, чтобы прислушаться или свериться с карманным компасом.

Аня старалась не отставать, ее тело, подкормленное и отдохнувшее, слушалось лучше, но мышцы ныли от непривычной нагрузки после дней неподвижности.

Лес был другим днем. Не таким угрожающим, как в одиночестве, но все таким же огромным и безразличным.

Она смотрела на широкую спину Максима впереди, на уверенность, с которой он выбирал направление, и чувствовала неловкую смесь благодарности и досады.

Он был спасением, но его безупречная компетентность лишь подчеркивала ее полную беспомощность.

Примерно через час они вышли на каменистый склон, покрытый редкими, низкорослыми соснами. Подъем был крутым.

Аня начала задыхаться, спотыкаться на скользких камнях.

Максим, не оборачиваясь, протянул ей назад руку.

Наконец они достигли небольшого скалистого выступа, с которого открывался вид на бескрайнее море тайги, уходившее волнами к горизонту. Ветер здесь был сильнее, он продувал насквозь, но зато небо казалось ближе.

Он достал прибор, развернул антенну до предела. Лицо его было напряжено, глаза прищурены от ветра. Он включил устройство.