Книга Договориться с тенью, страница 40 – Галина Миленина

— Сказал, что твой новый друг узнал о наследии предков и живенько примчался к нам.

— И это ты говоришь, что у меня только две краски? Чья же я дочь? Где же ваши, папа, полутона? Что, нельзя было раскрасить в радужные цвета приезд Германа? Всё-таки это я твоя дочь, а не он сын! Хоть Павел и вырос у нас в мастерской, хоть ты и поддерживал всегда его ранние и напряженные поиски смысла жизни.

Отец наконец не выдержал и расхохотался:

— Ты хотела вызвать ревность Павла? Хорошо, в следующий раз, когда увижу его, скажу, что Герман очень сожалеет, что прервал свой визит и собирается вернуться. Или, знаешь, дочь, лучше напиши мне шпаргалку для Павла, а я озвучу.

София, не найдя, что ответить, встала, метнула гневный взгляд на отца, накинула пальто и выскочила из квартиры.

Отец повернулся к мольберту, посмотрел на своё творение и улыбнулся: «Любовь жива».

София ехала на работу и размышляла: «Значит, Павел всё знал о картинах, о приезде Германа. И папа ничего не сказал ни мне, ни следователю. А следователь упорно интересовался кругом моих друзей, знавших о визите Германа. Ну, вот, сначала я подозревала подругу, потом Германа, теперь бывшего мужа. А вдруг это и правда, Павел? Что-что, а рисковать он любил всегда. И ничего, что уже под тридцатник, в голове до сих пор ветер: все экстремальные виды спорта испробовал — от горных лыж до виндсерфинга. С парашютом и с тарзанкой прыгал — адреналин проживал, чтобы чувствовать себя живым, как он выражался. А прошлым летом попробовал скайт, и говорят, так «укололся» им, что серьёзно присел на свой новый «наркотик». Теперь всё свободное время проводит на Тарханкуте в свободном полёте. Но скайт и тарзанка — мальчишеские игры, а ограбить музей — преступление, за которое можно потерять всё — свободу, репутацию, бизнес. Нет, этого не может быть. Это же надо — какой бред лезет в голову! Размечталась, что мой рыцарь из любви ко мне решил ограбить музей, чтобы устранить с «поля боя» чужеземца. Вот идиотские мысли!»

София заметила, что впервые за последнее время подумала о бывшем муже если не с теплотой, то по крайней мере без раздражения.

Она припарковала «Шкоду» на площадке перед зданием бизнес-центра и поднялась на третий этаж. Дверь офиса была ещё заперта. Сегодня она явилась на работу слишком рано.

15

Павел подъехал к дедовскому дому на своём «Лексусе», открыл багажник и выгрузил на землю ящики с водкой, продукты, овощи, минералку, конфеты. К дому потихоньку подтягивался местный народ — отметить сороковой день кончины Михаила Ивановича Батурина. Родители Павла приехать не смогли, близких друзей у деда уже не осталось. Но Павел знал, что помянуть его придут односельчане и соседи, те, кто был на похоронах. Вслед за Павлом подъехали его друзья — Валерка, Витька и Костя. Витька по-хозяйски взял на себя роль устроителя мероприятия. Мужчины под его руководством вынесли во двор столы и табуретки, постелили между табуретками доски, чтобы разместить всех желающих, натянули высоко над столами тент, который Витька использовал летом для своего открытого кафе в центре города. Здесь, в небольшом сельском дворе, ярко-красный шатёр с надписью «Туборг» над головами стариков выглядел нелепо.

— З-зато, если внезапно п-пойдёт дождь, не испортит об-б-едню, — удовлетворённо изрёк Витёк.