Онлайн книга «Договориться с тенью»
|
— Простила? — Простила. И стёрлось всё из памяти, вроде ничего и не было. А полюбила тогда святого. — Так уж и святого? — недоверчиво переспросила София. — Святого. Сам Бог говорил через него. Но тогда не многие знали, что он святой. Теперь-то уж все знают. — Ты про святителя Луку говоришь? — Да, детка, про святого Луку. — Профессор медицины Войно-Ясенецкий Валентин Феликсович, ставший священнослужителем? — Да, наш Симферопольский архиепископ, святитель Лука. — И ты его полюбила? София изумлённо, во всё глаза смотрела на свою бабулю. — Полюбила. Да не той плотской любовью, что ты думаешь, нет! Приходила в церковь, слушала его, и от любви слёзы радости и счастья наворачивались на глаза. Уходила домой, не чуя ног под собой. Словно на крыльях летела, с чистым сердцем. И появлялись силы жить дальше. Говорили, что ему достаточно было взять больного за руку — и тот исцелялся! Так оно и было. А любовь моя была не эгоистичной, не лицемерной, как бывает между супругами, когда один от другого чего-то ждёт или требует, ревнует или помыкает другим. Совсем другая была любовь. И я, возвращаясь домой и, глядя на своего мужа, понимала, что не смогу с ним жить, не смогу ложиться с ним в одну постель. Потому что любила другой любовью, чистой и безграничной. Слушая проповеди святителя Луки, душа моя очищалась от ненависти и обиды, я ощущала любовь ко всему, что окружает меня, ко всему миру. И физической, плотской любви желать не могла. У меня было с чем сравнить. Думала даже в монастырь уйти, а потом поняла, что праведно можно и в миру жить, здесь даже труднее, соблазнов больше. Ты понимаешь меня? — Думаю, да. — Замуж-то я выскочила скоропалительно. Поняла, что забеременела, хотела, чтобы у ребёнка формальный отец был. Помучилась так два года и разошлась. Думаю, и он был счастлив, когда нашёл другую женщину — себе под стать. — Получается, я о тебе ничего не знала? София посмотрела на свою бабушку с удивлением, как будто впервые на незнакомку. Входная дверь стукнула. Ольга Сидоровна испуганно дёрнулась к папке, махнула рукой, жестом показывая спрятать документы обратно. София встала, поспешно убрала папку в комод и вернулась на прежнее место. — Потом посмотришь, когда Кати не будет, — шепнула Ольга Сидоровна. — Хорошо, бабуля. Я чай поставлю. Тебе как, лучше? — Да, значительно. Сняла камень с души. Знаешь, когда похоронили святителя, на его могилу люди ходили исцеляться. А потом его мощи перенесли в храм и объявили святым… — Конечно, знаю, бабушка. — А помнишь, как это было? — Да, очень хорошо помню. Я сбежала тогда с лекции, потому что пообещала своей любимой бабуле идти с нею в процессии, сопровождающей мощи святого Луки в кафедральный собор. Был хмурый, пасмурный день. Тёмные тучи, затянувшие накануне всё небо над городом, по пути следования процессии уносились ветром — и дорога перед святым освещалась яркими солнечными лучами! Ты об этом хотела сказать? — Да, — довольно улыбнулась старушка. София погладила её седую голову и нежно обняла за плечи. Поздним вечером, вернувшись домой, она включила компьютер и нашла, что было в Интернете о святителе Луке: «Профессор медицины, архиепископ Войно-Ясенецкий Валентин Феликсович, ставший священнослужителем, оперировал и читал лекции с крестом на груди. В 1923 году 46-летний священник был пострижен в монашество и посвящен в епископы с именем Лука. Но после первой же архиерейской службы к его дому подъехал «чёрный ворон». Так начался его одиннадцатилетний период скитания по тюрьмам и ссылкам. И там он продолжал лечить и оперировать подручными средствами — с помощью перочинного ножа, слесарных клещей, зашивая рану женским волосом… |