Книга Зверь без сердца, страница 64 – Наталья Буланова

Его глаза превращаются в две подозрительные щелочки. Я даже не слышу, как он дышит.

— Что еще тебе сказали? – обманчиво медленно спрашивает он.

— Что ты сходишь с ума из-за запаха. Вот я и воспользовалась травами, чтобы ты больше не проветривал. А ты что? Набросился на меня как… как… как…

— Как кто? – Его бровь дергается.

У меня есть много эпитетов для него, но ни один ему не понравится.

Я отвожу взгляд, бросая:

— Сам знаешь.

Не знаю, что делать дальше, как быть, а он все стоит и смотрит на меня. Шум душевой струи словно отсчитывает секунду за секундой.

Я поднимаю на него осторожный взгляд и вздрагиваю, потому что на меня из глубины зрачков смотрит зверь.

— Так КТО? – цепляется за мою фразу Саша.

Саша… Почему-то после того, что было между нами, я уже не могу его называть полным именем.

Он наклоняется ко мне, и у меня создается ощущение, что крупный хищник загнал меня в угол и прижимает, давит собой. Не знаю как, но я чувствую, что почему-то он внутри весь кипит, словно сейчас взорвется.

От него так и хлещет едва сдерживаемая энергия.

Почему он не уходит? Почему продолжает давить на меня? Почему недоволен?

Я понимаю, что сейчас любое мое слово его сорвет, и тогда… Тогда даже не знаю, что он сделает.

Убьет? Отлюбит? Или еще что?

Инстинкт самосохранения сам вжал мою голову в плечи, а спину – в стену. И он просто умоляет меня молчать и не говорить ни слова. Потому что опасность – смертельная.

В этой душевой, где из-за теплых струй воды поднимается пар, едва себя держит в руках дикий зверь.

И тут я чувствую импульс, который подсказывает инстинкт: дотронуться до его груди, положить ладонь на его кожу.

И прежде чем успеваю себя остановить, я делаю это.

Я касаюсь его.

Чувствую жар кожи и стук сердца под ладонью. Бешеный, нарастающий, словно напряжение последних секунд таймера на взрывчатке.

Да меня саму всю трясет.

У меня ощущение, что я перекусываю красный провод, хотя есть синий. И не знаю, рванет или нет.

Он с шумом втягивает воздух и больше не дышит. Вены на шее вздуваются, мышцы под рукой каменеют.

Я понимаю, что это не ласка, а попытка остановить разъяренного зверя. Но понимает ли это он?

Секунда, другая. Я смотрю в лицо Саши и четко ловлю момент, когда его отпускает.

Он не падает – буквально рушится вниз. Я слышу стук коленей о плитку, а его мокрая голова упирается мне в живот.

Я вздрагиваю от неожиданности, застываю с руками, поднятыми будто по команде «Руки вверх». Поза – обезоружена.

Даже через шум падающих струй я слышу, как шумно он дышит мне в живот. Его лоб прижат ко мне, голова опущена, и я не вижу выражения его лица.

Такой большой, такой сильный – и вдруг на колени?

При этом он не выглядит покоренным, слабым, нет. Он выглядит как огромный дикий зверь, который положил голову на ноги своей хозяйке.

Опущенные плечи говорят о том, что он больше не набросится на меня с поцелуями, но это так странно. Контраст его поведения ставит меня в тупик.

Что мне делать? Как быть? Как себя вести?

Горло пересыхает, по телу словно прокатывают волны разных чувств.

Отступает страх.

Заполняет непонятно откуда взявшаяся нежность.

Он что-то задевает в моей душе, и я понимаю, что уже простила этот наглый и страстный непрошеный поцелуй.

Саша мучается, и причиной тому – я.