Книга Зверь без сердца, страница 133 – Наталья Буланова

А может, хочет посмотреть, как далеко я смогу зайти и не сорваться?

Моя рука с поясницы двигается выше к ребрам. Какая же тут тонкая и нежная кожа. Под ней чувствуется каждое ребро.

Я останавливаюсь прямо под грудью в сантиметре от края спортивного топа. Чувствую, как часто бьется ее сердце. Ныряю большим пальцем под бюстгальтер между левой и правой грудью и провожу там по коже.

Алиса с шумом втягивает воздух и выгибается, но не отбрасывает мою руку. И я медленно вытаскиваю ее из-под футболки, а потом накрываю ладонью ее грудь поверх нее.

Алиса тихо и удивленно вскрикивает, и я чувствую твердую горошинку под тканью. Я не сжимаю, не мну, не наседаю, а круговыми движениями играю, жадно считывая реакцию на ее лице.

Слежу за тем, как она прикрывает глаза, как запрокидывает голову назад, как приоткрывает губы в беззвучном стоне. Радуюсь, когда ее руки сжимают мои мышцы, когда короткие ногти впиваются в кожу.

Я наклоняюсь и губами обхватываю горошину соска прямо через ткань. Алиса выгибается, как тетива лука, и ее руки вцепляются мне в волосы. Но не чтобы оттолкнуть, а чтобы прижать ближе.

Ее стон теперь долгий и низкий, кажется, вырывается из самой глубины женского естества.

И я чуть не теряю контроль. Зверь во мне ревет, требуя большего. Жаждет взять, поглотить, пометить. Адреналин и желание ударяют в кровь, затуманивая сознание. Я на грани.

Я смотрю на доверчиво запрокинутую голову, на приоткрытые и припухшие от поцелуев губы, на трепещущие ресницы. Для меня нет ничего желанней и нет ничего сложнее, чем остановиться сейчас.

Как бы я хотел продолжить, но… Чувствую, что тогда сломаю что-то хрупкое между нами с Алисой, что только начало строиться.

С силой, которая причиняет боль самому себе, я отстраняюсь и ложусь на спину рядом. Делаю несколько грубых и хриплых вдохов, пока потолок кажется темным провалом вселенной.

По мышцам проходят спазмы, но зверь, на удивление, медленно отступает.

— Саш, ты чего? – слышу я перепуганный голос Алисы.

— Дай мне минуту, солнышко. Я держу слово, – говорю с кривой усмешкой.

Самому смешно, но так надо.

Я слышу, как она переворачивается на бок, чтобы посмотреть на меня. Чувствую ее взгляд на себе.

— Ты правда остановился. – Алиса смотрит то ли с недоумением, то ли с разочарованием.

И в ответ зверь тут же напирает, тянет сухожилия желанием стереть эти эмоции и вызвать совершенно другие. Но я обещал.

— Я дал слово не торопить, – говорю, борясь с внутренней бурей.

Алиса несколько секунд молчит, а потом ее рука ложится мне на сжатый кулак. Я даю ей разжать мои пальцы, а потом чувствую, как она вкладывает свою руку в мою и сжимает.

Пальцами второй руки она пробегается по моей груди, расстегивая пуговицы рубашки.

— Алиса?

Она несмело улыбается, и я впервые вижу ее такой игривой. Боюсь спугнуть, поэтому заставляю себя не двигаться.

Она сейчас такая красивая в этой неловкой смелости. Пуговицы не всегда поддаются ей, и тогда Алиса нервно облизывает губы, но идет до конца. И когда рубашка на мне полностью распахнута, я вижу, как расширяются ее глаза при виде моего тела.

У меня и без того кровь отлила от мозга, а сейчас и вовсе. Особенно когда она начинает прочерчивать дорожку пальцами по моей груди вниз, по торсу…

Я с шумом втягиваю воздух, и она на секунду замирает, а потом наклоняется и целует меня в живот.