Книга Зверь без сердца, страница 129 – Наталья Буланова

Хочу увидеть, что она чувствует, раз молчит. Я поднимаю ее голову, но ее взгляд по-прежнему направлен вниз. И тут я вижу, как на краю ресниц повисает слезинка.

Ловлю ее пальцем.

— Почему плачешь? – спрашиваю я.

Алиса сглатывает, все-таки поднимает на меня взгляд и спрашивает:

— А если я не буду готовить?

— Совершенно неожиданный вопрос, – отмечаю я, пытаясь найти разгадку в выражении ее глаз, изгибе губ, по чуть нахмуренным бровям.

— Просто ответь, – настойчиво просит она.

— Не готовь. Хочешь, даже кухни в доме не будет.

— И ты будешь любить меня?

— А разве любят за готовку?

Алиса снова опускает взгляд, потом отводит в сторону, и несколько капель стекают по щекам.

— Меня – да, – хрипло выдавливает она из себя.

Я обхватываю ее лицо двумя ладонями, поднимаю так, чтобы она посмотрела на меня.

— Я – нет, – говорю твердо и уверенно.

— Тогда почему ты поставил меня у плиты кормить свой клан? – спрашивает она вдруг.

Я и подумать не мог, что в ее голове роятся такие мысли. Что с ней такого произошло в прошлом, что она в этом убеждена?

— Я попросил тебя остаться только потому, что это был повод привязать тебя и найти занятие. Нанять на работу официально. Понимаешь?

— И все?

— Все.

Алиса вытирает щеки, хочет что-то сказать, но тут на кухню врывается Эф.

— Глава, простите! Срочные новости. Смотритель мертв.

Как же не вовремя! Испортил такой момент, когда Алиса так прекрасна сейчас в своей эмоциональности. Когда наконец-то открылась мне.

Смотритель сумел нагадить даже после смерти.

Я не отвожу взгляда от Алисы и спрашиваю Эфа:

— Как это произошло?

— Налицо все признаки отравления, но при нем ничего не было. Ротовую полость тоже смотрели.

Я примерно прикидываю в уме и говорю:

— Через три часа прилетит Леон. Поместите тело в холод, он осмотрит его. А пока, Эф, меня не беспокоить.

Вижу, как глаза Алисы широко распахиваются от моих слов.

— Понял, глава. – Эф пропадает так же бесшумно, как и появился.

Я делаю шаг к Алисе, притягиваю ее к себе за талию и срываю с нее поварской колпак. Золотые волосы рассыпаются по плечам, резинка падает на пол.

— Три часа. – Мой голос у ее уха звучит низко, почти как рычание. – У нас есть три часа до того, как мир снова ворвется сюда. И я не собираюсь тратить их на разговоры о мертвецах.

Не позволю им испортить этот момент.

Алиса впивается пальцами в мою грудь через одежду, и я тут же завожусь. Прижимаю ее к себе ближе, зарываюсь носом в ее волосы, пропускаю пальцы сквозь пряди.

Заглядываю в ее глаза и вижу смесь, от которой мое сердце щемит: остатки слез, удивление, зарождающаяся тревога и одно куда более глубинное чувство, от которого у меня на грудину давит.

— Саша, – Алиса выставляет вперед руку, но движение настолько слабое, что я почти не чувствую сопротивления, – я вся в муке, пропахла шарлоткой…

— Знаю, – говорю я, не отпуская ее.

Мой нос улавливает сладковатый запах шарлотки, дымок от духовки, но ее собственный аромат для меня ничем не перебить. От него у меня голова кругом.

— Мне нравится твой запах. Я распознаю его среди тысячи других.

— Но мука…

Я подхватываю Алису на руки, и она вскрикивает от неожиданности. Ее руки обвивают мою шею, чтобы не упасть.

— Ты такая легкая, хрупкая, – говорю, чувствуя невероятный прилив нежности и страсти одновременно.