Книга Дракон под прикрытием, или Как я стала Хозяйкой Острова, страница 29 – Аннет Дэни

Я им почти завидовала.

В дверь постучали. Я уже знала, кто это, и даже не стала спрашивать.

— Войдите.

Дверь приоткрылась. В щель просунулась рука. В руке был маленький букетик болотных цветов.

— Я прочитал в книге, — раздался голос Ашера из-за двери, — что после ссоры принято дарить цветы. Мы не ссорились, но я решил перестраховаться.

— Мы не ссорились, — подтвердила я, принимая букет. — Мы репетировали.

— Да. Репетировали, — в его голосе слышалось облегчение. — Я хотел сказать... Я буду стараться. Не обжигать вас. Контролировать магию. Я умею контролировать её, просто...

— Просто что?

— Просто с вами это сложнее.

— Почему?

Тишина. Потом:

— Я ещё не придумал легенду для этого вопроса. Можно я отвечу завтра?

— Можно, — я улыбнулась в темноту. — Завтра так завтра.

— Спокойной ночи, Эйра.

— Спокойной ночи, Ашер.

Дверь закрылась. Я поставила цветы в стакан к предыдущим (предыдущие уже завяли, но я их не выбрасывала, рука не поднималась). И легла спать.

Завтра будет новый день. Завтра мы продолжим репетиции. Завтра, возможно, я узнаю, почему Ашеру сложно контролировать магию рядом со мной. Завтра, возможно, я найду ответы на вопросы, которые боялась задавать.

А сегодня пусть дракон думает над легендой. И пусть у него получится что-нибудь красивое.

Глава 6. Комплименты, танцы и прочие дела.

Утро шестого дня началось с того, что я обнаружила в своей комнате цветы.

Не дохлую крысу. Не кролика с бантиком. Не болотные фиолетовые цветочки, которые Ашер таскал с болота каждую ночь. А нормальные, живые, растущие в горшке цветы. Горшок был глиняный, старый, с трещиной на боку. Из него торчали три ромашки. Обыкновенные полевые ромашки: белые лепестки, жёлтые серединки, тонкие стебельки. Они пахли летом. Настоящим летом, которого на Сквозняковом Пределе, кажется, не бывало никогда.

К горшку была привязана бирка. На бирке корявым почерком было написано:

«Нашёл в оранжерее. Она в восточном крыле. Там ещё есть кактусы, но вы говорили, что кактусы хотят обниматься, поэтому я не стал их трогать. А .»

Я прижала горшок к груди и улыбнулась. Впервые за шесть дней, не саркастически, не истерически, а по-настоящему. Ромашки. Он нашёл ромашки. В оранжерее, о существовании которой я даже не подозревала. И не стал трогать кактусы, потому что помнил историю про почтальона.

— Ты смотри, — сказала я вслух, — а он учиться.

Шишкогрыз, который как раз проверял содержимое моего чемодана (я уже перестала с ним бороться, проще было дать ему орех и забыть), отвлёкся от своего занятия и посмотрел на ромашки с выражением глубокого скепсиса. Его взгляд говорил: «Цветы — это, конечно, хорошо, но орехи лучше».

— Ты просто не романтик, — сказала я.

Шишкогрыз фыркнул и вернулся к чемодану.

Я поставила горшок на подоконник. Ромашки немедленно повернулись к свету. За окном было серое небо и серое море, но цветам, кажется, было всё равно. Они цвели. Наперекор сквознякам. Наперекор туману. Наперекор всему.

— Вы мне нравитесь, — сказала я ромашкам. — У вас характер.

Ромашки не ответили. И слава богу. Если бы они ответили, это было бы уже слишком даже для этого острова.

*****

Спустившись на кухню, я обнаружила Ашера не за плитой, как обычно, а за столом. Перед ним лежала раскрытая книга. Он читал. Вслух.