Книга Путь Строителя 9, страница 118 – Алексей Ковтунов

Работяги замерли кто где стоял, и по лицам было видно, что слово «бегом» от охотника они восприняли правильно. Один выронил палку, которой тыкал бревно, второй попятился и завертел головой, пытаясь высмотреть угрозу.

Тарн к этому моменту уже подхватил копье, сунул клинок за пояс и кинулся к мужикам, собирая их в кучу.

— Не разбегаться! Не паниковать! Действуем по моей команде! — голос его прорезал поляну, и от недавнего ворчания про проигранную игру не осталось ни следа. — Построились! Бегом марш!

Работяги сбились в неровную группу, человек десять, и рванули по тропе. Фальк побежал впереди, через каждые полсотни шагов останавливаясь и подпрыгивая, чтобы заглянуть над подлеском.

Тарн же замыкал колонну, и работа у него была та еще. Один из мужиков споткнулся о корешок и полетел носом в папоротник, Тарн подхватил его за шиворот и поставил на ноги, не сбавляя темпа. Другой задрал голову, пялясь в кроны деревьев, и не заметил торчащий сук, который хлестнул его по лицу, а за ним еще двое каким-то чудом запутались в кустарнике и продирались через него с руганью и треском.

— Вон они! Вижу! — завопил кто-то из передних, и Тарн еле сдержался, чтобы не отвесить ему затрещину.

Мужики, и без того перепуганные, помчались еще быстрее, но быстрее не значит лучше, потому что теперь спотыкались через одного, толкались и наступали друг другу на пятки. Организованное отступление превратилось в паническое бегство, и крик этого умника только подлил масла.

А тварей Тарн видел уже давно, они нагнали группу почти сразу после начала бегства. Мелкие и быстрые, они мелькали над кронами деревьев, перепрыгивая с ветки на ветку и временами вылетая в просветы между стволами.

Летучие шакалы обычно не нападают на людей, даже стаей, предпочитают держаться подальше и промышлять мелким зверьем в пещерах, где устраивают гнезда. Но эти вели себя иначе, кружили низко и не отставали, и по их рваным суматошным движениям было очевидно, что их гонит что-то пострашнее людей.

Спустя какое-то время работяги начали выдыхаться, кто-то натужно хрипел, кто-то бежал на чистом упрямстве, сжав зубы и глядя только под ноги, но никто не останавливался и не просил передышки. И правильно, передышки не будет.

Тарн уловил движение краем глаза, мгновенно крутанулся на месте и выбросил копье вперед. Шакал, спикировавший сверху прямо ему на спину, напоролся на острие всем весом и обмяк, дернувшись пару раз в предсмертной судороге.

Тварь оказалась мерзкой на вид, размером с крупную лису, два кожистых крыла как у летучей мыши, покрытых редкой жесткой шерстью, и на каждом крыле по загнутому когтю. Задние лапы короткие, но тоже с когтями, и пасть с мелкими частыми зубами, которые будто специально заточены, чтобы рвать кожу.

Стряхнул тушу с копья и побежал дальше, но не успел сделать и десяти шагов, как второй шакал рухнул сверху, прямо в гущу бегущих мужиков. Работяги шарахнулись в стороны, кто-то заорал, но тварь до земли не долетела, стрела Фалька перехватила ее в воздухе и опрокинула в кусты, где та забилась и затихла.

Бежали дальше, на пейзажи никто не смотрел, да и какие тут пейзажи, пейзаж у них сейчас один: спина впереди бегущего мужика и собственное тяжелое дыхание.

Минут через десять по тропе нагнали другую бригаду, четверо мужиков тащили бревно на плечах. Остановились, вытаращились на несущуюся на них толпу и несколько секунд просто стояли, ничего не понимая. Потом до них дошло, бревно грохнулось на землю, и четверка помчала впереди всех, мгновенно оказавшись во главе колонны, свежие ноги бегут резвее уставших.