Онлайн книга «Системный призрак 4»
|
Больше всего мужчин бесило то, что они значительно ограничены в выборе. Да, размахивать руками, оружием, вертеть головой и орать матом они по прежнему могут. Да и выбирать маршрут, по которому можно идти тоже, но лишь в ограниченных системой рамкой. Они сами не понимают как она контролирует всё это. Вроде идешь по нарисованной на земле черте, можешь по своему усмотрению обходить препятствия, пролезать под поваленными деревьями и продираться сквозь кусты. Но всё равно ты будешь топать ровно туда, куда тебе приказали. Это всех и бесило. Вроде ты и свободен делать что хочешь, а вроде и нет. Но всё изменилось в бою. По мере приближения врага одна из полосок начала медленно ползти вниз. Тяжелая пехота. Численность — 10/10 Боевой дух — 48/100 — Что-то как-то ссыкотно, если честно, — сознался один из бойцов, — Их там дохренища ведь! Я даже не могу сосчитать сколько… — Сотня, не меньше, — пробасил голос из-под соседнего шлема, — А может и две… да не ссы, они вон голодранцы, ща порвем! А не мы, так Олежа справится. Вон какая рожа голодная! — хохотнул он, и взмахнул боевым двуручным молотом, со свистом рассекая воздух. Боевой дух — 47 — Да кто ссыться то, а? И что будет, когда боевой дух снизится до нуля? — задал вопрос в пустоту боец со здоровенным щитом и кистенем. Правда здоровенным щит выглядел только на его фоне, так как мужчина оказался довольно низкорослым, зато плотным по телосложению. Но ответить на этот вопрос никто не смог. Так, в мыслях о боевом духе его показатель потерял еще две единички… Но вскоре он пополз вверх! Ведь когда до противника оставалось метров тридцать, все они увидели значок вражеского отряда. Вилы, заключенные в кружок, а под ними всё те же две шкалы. Одна заполнена до предела, а вот со второй всё куда хуже… Крестьяне. Численность 198/200 Боевой дух 34/100 — Ха! Они двоих уже похерили! — хохотнул вооруженный двумя одноручными топорами воин, — И ссутся то похлеще нашего! *РА-А-А!* За двадцать метров до врага медведь грозно взревел и начал разгоняться. Бойцы же не стали отставать, и что-то грозно зарычав, рванули за своим офицером вслед. Лишь те, что бежали позади успели увидеть, как быстро просаживается в ноль нижняя полоска. Но даже так, противник оказался не так прост… Вперед вышел, как это ни смешно звучит, офицер крестьян. Когда до медведя оставалось всего несколько метров, он взмахнул руками, и из земли прямо в бурую морду на полном ходу вырвался огромный валун. Раздался грохот, и мишка с тихим стоном завалился на спину, потеряв на несколько секунд сознание. Дух крестьян тут же пополз вверх, и злобно взревев, вооруженные чем попало японцы рванули вперед. Вот только медведь был не один. — Конишуа, епта! — рявкнул боец с покрытым шипами щитом, после чего резко ускорился, снося всех на своем пути словно таран. Люди полетели в разные стороны, а воин углубился в самую гущу противников. По броне сразу зазвенело множество ударов, но тот не сдавался, начав размахивать коротким мечом и поражать низкорослых противников одного за другим. Оборванцы попытались пробиться к поверженному медведю, что никак не мог прийти в себя, вот только вокруг грозного зверя стеной встали его товарищи. Густой лес наполнил лязг металла, крики боли и грозные ругательства сразу на двух языках. Люди сцепились друг с другом в смертельной схватке, и никто не хотел уступать. |