Книга Поставщик проблем. Том 2, страница 121 – Алексей Ковтунов

Зенитка из меня получилась очень даже эффективная. Либо просто авиация у врага так себе. Один за другим крылатые викинги начали опадать словно осенняя листва, не в силах как-то противостоять плотному обстрелу крупнокалиберного пулемета. Лишь один начал крутить финты, постоянно уходя с линии обстрела, при этом умудряясь кидать какие-то гадости в мою сторону.

Пришлось снова переключиться на неземные цели, ведь кабаны крайне эффективно начали срубать оборонительные насаждения, втаптывая их в землю, ломая стволы и вырывая с корнем. Особо крупные особи даже не сильно в скорости теряли, прямо на ходу снося казалось бы мощные деревья. По ним и начал работать, перебивая ноги в суставах, а затем выпуская очереди по незащищенному брюху.

Пока геноцидил вражеский зверинец, краем глаза наблюдал за последним оставшимся в живых летуном. Как только он приблизился, немного сбросив высоту, я оставил пулемет и резко взмыл в верх, держа в одной руке пистолет, а во второй видоизмененного Руперта.

Противник оказался быстр, но недостаточно. В его распоряжении были лишь крылья, тогда как я мог параллельно управлять потоками воздуха, ускоряя себя, и мешая ему маневрировать резкими порывами ветра. Главарь на него не поскупился, наградив такими же крыльями как у меня, а потому даже выпустив всю обойму по ним, те остались невредимы. Очень прочные, уж я то знаю, за это время успел поэкспериментировать, пытаясь нанести себе увечья различными способами. Только с огнем плохо дружат, перья начинают плавиться.

Увы, но огнеметом на таких скоростях не воспользуешься, а потому пришлось догонять врага и переходить в ближний бой. Может и стоило оставить пару патронов, и выпустить их уже прицельно в голову врагу, но уж как есть.

Первый удар я нанес со спины по правому крылу. Травм особо не нанес, но сбил летуну ритм, отчего тот резко замедлился, а я на полном ходу врезался ногами ему в спину. Началось неконтролируемое падение с километровой высоты, и мы оба зря времени не теряли, сцепившись в рукопашной схватке. Я что есть силы, когда это удавалось, рубил топором, нанося тяжелейшие увечья, а он довольно болезненно отвечал мне когтями, что оказались довольно длинными и острыми. Сразу их не приметил, и поплатился за это глубокими порезами на лице и шее, лишь чудом успев отдалиться прежде чем будут задеты крупные артерии и вены.

Точку поставил уже у самой земли. Войдя в штопор, противник начал пытаться стабилизировать свое положение, и как только ему это удалось, я изо всех сил вбил Руперта прямо ему в череп, и, услышав звонкий хруст теменных костей, наконец смог выдохнуть.

Исцарапанный с ног до головы, удобряя землю под собой тоненькими струйками крови из многочисленных порезов, направился обратно к дереву. Удалились мы значительно, километров на пять-десять, так как оба двигались на пределе своих возможностей. Как смог подлатал самые неприятные раны при помощи энергии жизни, коей у меня было при себе предостаточно, и ускорился, чтобы не дать кабанам окончательно вытоптать защитные насаждения, если они уже этого не сделали.

Вообще неприятная была схватка. Броня почему-то не посчитала когти летящим в меня оружием, и блокировала их крайне неохотно. Возможно, это потому, что они были частью тела и при этом не напитаны чужеродной энергией.