Книга Ласурские призраки, страница 84 – Мария Ермакова

— Я все понимаю и рад, что Вителья повидалась с вами, – ответил он.

— Садитесь! – пригласил гном.

Сходил за вторым стулом, одиноко стоящим в углу, поставил его напротив, сел, достал кисет и трубку.

Рассказывая, естественно, без подробностей о могильнике, о путешествии Ласурских хорьков через границу в Вишенрог, рю Воронн удивлялся прихотливости сплетенных судьбой нитей. Сидевший перед ним гном, который жил в добротном, но скромном доме, носил одежду простого мастера и считался в профессиональных кругах высококлассным специалистом по горному делу, являлся одной из влиятельнейших теневых фигур Драгобужского наземья, представителем так называемой «кварты» – преступной организации, специализировавшейся на контрабанде радужников. Ягораю и его людям случалось не только перевозить радужники через границу, но и выполнять некоторые указания бонз кварты, из чего и та, и другая сторона сделали вывод, что сотрудничество вполне взаимовыгодное. Рю Воронн именно Тукотрину собирался предложить сделку, связанную с покупкой малопушек, зная, что если он услышал – узнают и другие, те, что обретаются в непосредственном окружении короля.

— Мы, гномы, говорим, что Наземье – маленькая деревня, – хмыкнул Тукотрин, когда Яго завершил свой рассказ, – здесь в какую сторону ни отправишься, встретишь кого-то знакомого, и уж просто обязательно встретишь, если встреча нежелательна…

Он замолчал, попыхивая трубкой.

— Вы не в восторге от нашего с Витой романа? – прямо спросил Яго.

Гномы ценили откровенность не меньше, чем уважительное отношение к себе.

Тукотрин пожал плечами.

— Я знаю о вас лишь то, что вы умны и опасны, и думаю, не бедны, уважаемый Ягорай. Но достаточно ли этого для девочки, которую я люблю, как дочь, ибо Братья не наградили меня своими детьми? Кроме того, вы занимаетесь делами, которые могут привести вас в канаву с перерезанным горлом. Какой отец захочет такой участи для будущего зятя?

— Никакой, – признал рю Воронн. – Но я люблю ее, почтенный мастер, и принимаю такой, какая она есть. Я уважаю ее стремление к саморазвитию, ценю верность друзьям. Если потребуется, я отдам за нее жизнь. У меня было немного женщин, и ни одна из них не затронула сердце. Только она…

— Я бы назвал вас трувером в насмешку, если бы не видел, что сейчас вы честны, – неожиданно рассмеялся Тукторин. – Ладно, помолюсь Индари, чтобы она присмотрела за вами, раз вы с Вительей люди, а не гномы. А теперь к делу. Чего вы хотите?

⁂

После обильного ужина, поданного трактирщиком, путешественники собрались в комнате Яго и Виты, куда притащили стулья из своих покоев.

— Вот такую интересную вещь прикупил сегодня в лавке, торгующей картами, – сказал рю Воронн, осторожно расправляя на столешнице ветхий свиток. – Продавец уверял, что карта подлинная.

— Ну-ка… – Вирош склонился над свитком, принюхиваясь. – Пергамент старинный. А что это за кляксы? Такое ощущение, будто кто-то пролил чернила пунктиром по кругу…

— А это самое интересное, – улыбнулся Яго, – лавочник божился, что отметины обозначают Поляны смерти.

— Да ладно! – Дикрай тоже наклонился над картой. – Грой прав, это больше похоже на чернила.

— Тогда я сильно переплатил, – засмеялся Ягорай. – Но местная карта нам все равно пригодится, ведь мы отправляемся как раз в те места, чтобы проверить сказку о Спящем красавце.