Книга Его запретная пара, страница 109 – Наталья Буланова

— Я… Я снова как раньше. Как в прошлом. Я опять ни туда… ни сюда. Только обрадовалась, что я, наконец-то, буду своя…

Девушка всхлипнула.

Словно ножом по сердцу!

— Ди. — Я сгреб ее в объятия еще сильнее и прошептал на ухо: — Ты своя для своего отца, для братьев, для меня. А со зверем ты или нет, сверх ты или человек — это все неважно. Не животная половина дает тебе ощущение причастности — оно лишь в твоей голове.

— Но я больше не часть клана кошачьих? — Ди подняла на меня взгляд.

— С чего ты взяла?

Меня тронули ее переживания, ее желание быть частью чего-то большого. Жажда понимания. Потребность быть частью моего мира. По крайней мере, я так очень хотел думать.

— Что, если я потеряла зверя навсегда?

— И что? Пара альфы волков вообще лисица, а главы медведей — человек. У лидера лис так и вовсе медоедка в женушках. Думаешь, кто-то посмеет сказать, что елы-палы не своя? Важно лишь то, как ты чувствуешь себя вот здесь, — сказал я и указал пальцем на место чуть ниже ключиц Ди.

— Но меня тошнит от обычных мужчин…

— Прекрасно. Лучше не бывает!

Я не мог сдержать довольной улыбки.

— Особенно когда они проявляют ко мне интерес.

Ну все, нет в мире ничего шире моей «лыбы». Но я не мог не спросить:

— Вот это счастье мне перепало. А от сверхов не тошнит?

— Нет. В том-то и дело.

Уголки моих губ чуть опустились от новостей.

— Жаль, а то счастливее меня было бы не найти.

— Почему?

— Потому что моя истинная не смотрела бы ни на кого, кроме меня. Ни у кого не было бы и теоретического шанса.

— Ты смеешься надо мной сейчас?

— Я абсолютно серьезен. В моих руках голая девушка, от которой у меня сносит крышу, а я все еще разговариваю.

Ди подняла взгляд. В этот момент она выглядела такой ранимой, что я боялся сделать что-то не так, но жар уже подступал к самому краю. С каждой секундой, что мы смотрели друг другу в глаза, я желал ее все больше.

Здесь и сейчас.

Хочу.

С каждым вздохом я становился все одержимей желанием. В глазах плыло. Мои руки поползли по ребрам вверх к груди девушки, и я выдохнул, не в силах остановить их:

— Если не хочешь быть залюбленной здесь и сейчас, вставай.

Ди вдруг смело посмотрела на мои губы и тихо спросила:

— А если хочу?

Я поперхнулся, будто мне в кадык дали. Никак не ожидал такого ответа. Думал, она еще будет долго от меня бегать.

Считал, что назовет меня похотливым животным. Может быть, даже треснет или заплачет навзрыд. И совсем потерял связь с землей, когда Ди вдруг обхватила мой затылок рукой и притянула к себе. Поцеловала так страстно, будто опытная дама. Смело, жадно, с языком.

Я уловил привкус душевной боли на кончике языка, хотя она старалась это скрыть. Этот вкус отчаянного поцелуя мне не забыть никогда.

Захотелось вытеснить из ее головы все мысли о чем бы то ни было, заставить забыться. Но только я вошел во вкус, а разум почти вышел в дверь, как Ди мягко отстранилась, развернулась и прислонилась ко мне спиной.

А я не мог отдышаться, как марафонец, который полностью выложился на треке в начале дистанции, неправильно израсходовав силы.

И что? Все?

Ди этого хватит?

Я закусил губу, стараясь не двигаться. Внизу болело так, будто я на ледянке врезался в дерево, а ствол попал аккурат между ног.

Почему она отвернулась?

Не хочет больше целоваться? Или не хочет, чтобы мы зашли дальше?