Книга Цветок в мужской академии магии, страница 115 – Наталья Буланова

— Рамзи, я со своей регенерацией могу устроить тебе такие пытки, на которые никто не способен. Окунуть тебя в жерло вулкана, опустить на дно Зловещей впадины Северного моря, отдать на растерзание одичалым. И знаешь, уверен, что с твоим невезением ты обязательно выживешь, чтобы пройти все пытки преисподней. Не знаю, что ты сделал в прошлой жизни, но в этой — каждый день это круг ада. И ты будешь проходить через это снова и снова, пока не скажешь, где брат Мии.

— И зачем мне это? Без Мии я неудачник в любом случае. Пытай сколько угодно. Думаешь, во время войны со стихийниками я в раю был? Да мне ноги открывало, а потом криворукие целители задом наперед их приделывали. Думаешь, я блондин? Да я от страха еще в детстве поседел! Меня уже ничем не возьмешь. Я просто хочу обычной жизни без тонны неприятностей. Даже если я и был последним отбросом в прошлой жизни, я уже столько хлебнул в этой, что заслужил счастья, — неожиданно парировал Гордон.

Лучник Любви закивал, слушая, будто был согласен с главгадом бед. А потом обратился к Рамзи:

— Сегодня ты сравнял счет между прошлым и настоящим. Все сделанное тобой вернулось бумерангом. Но печать невезения так легко не снять.

— Ты знаешь, как ее снять? Сделай это, Лучник Любви, я все сделаю! На все пойду!

Ха! Не сомневаюсь в этом. Мы уже видели во всей красе, на что он способен!

— Я? А что толку от знаний, если горошины не у меня. Да, Мия? — дух любви подмигнул мне, и я опустила руки. Глупо делать вид, что ничего не слышала, когда тут такая животрепещущая тема.

— Какие горошины? — напрягся Арчи.

— Из Храма Справедливости, — вместо меня ответил Лучник. — У тебя же уже засох цветок в кармане, да?

Я запустила руку в карман платья и нащупала два кругляшочка и сухие лепестки. Вытащила содержимое и открыла ладонь, засмотревшись на черную, как бездна, горошину. Красная была, хоть и красивая, но не так манила меня к себе.

— Мия, теперь твой выбор: можешь дать Гордону черную горошину и он умрет мучительной смертью, так и унеся в могилу место, где держит твоего брата. Ты не пострадаешь и не станешь одичалой — я тебя защищу. Или же ты можешь скормить Рамзи красную горошину и дать возможность родиться со счастливой судьбой.

Я сначала даже потеряла дар речи. Все верно расслышала? Может, сильно жала на уши?

— Счастливой судьбой? После всего, что он сделал? — возмутилась я.

— Он уравновесил чашу весов. Гордон был твоим убийцей в прошлой жизни, но не стал в этой. Так что теперь только тебе решать, какая участь его ждет: неизвестная после черной горошины или счастливая после красной.

— А мы сможем найти брата без него? — спросила я у Арчи.

От мысли, что я сама устрою Гордону сладкую жизнь, становилось тошно.

— Никогда! — яро вклинился в разговор Рамзи. — Никогда не найдете! Он умрет от голода, и ты будешь в этом виновата, Мия!

Я стиснула в руках горошины. Вот гаденыш, еще угрожает! И это ему счастливую жизнь? Эх, если бы не брат…

— Лучник, если он съест красную горошину, то что будет? Он доживет эту жизнь до конца? — спросил Арчи, будто читая мои мысли.

— Нет, на этом его мучения закончатся. Он отправится в мир без магии, где будет всеми любим. Его талант признает весь мир, им будут восхищаться миллионы. Его имя будет на слуху у каждого, — ответил дух любви.