Книга Время ведьм, страница 75 – Наталья Буланова

За аркой площадь была разбита на сектора, и мы не теряя время пошли к ближайшему.

Это был сектор снов. Здесь торговали чарами, заточенными в шар, при использовании которых заложенное магами ощущения переплетались с тайными желаниями или страхами, рождая прекрасный сон или кошмар.

Их брали как для себя — чтобы порадовать ночью прекрасным сном и пережить во сне давно забытые чувства, так и для врагов — чтобы выбить из равновесия кошмаром, который особенно выбивал из колеи, если знать, на какие страхи надавить.

У продавцов — черных и светлых магов клиентов было поровну. Одинаково хорошо продавались что светлые сны, что темные ужастики.

— Сатир! У меня есть кое-что для тебя! — зазывал подругу в личине рогатого сатира продавец. — Жаркий сон с прекрасными нимфами обеспечен!

— Увольте! — прошептала подруга и ускорила шаг.

Хорошо, что к полуднице никто не приставал. А вдруг, я настоящая... Еще затерзаю загадками да запутаю на пути истинном. Да так, что дороги обратно не найдешь...

На нашу компанию поглядывали с удивлением, несмотря на то, что Ярмарка Кошмаров могла похвастаться богатой палитрой рас. Видимо, не зря зелье называлось экспериментальным. Таких редких рас, как сатир и полудница днем с огнем в наших краях не сыскать, но на этом ежегодном сумасшествии и не то бывало, так что на нас смотрели-смотрели, да переводили взгляд дальше, на следующих посетителей ярмарки.

— Пошли- ка отсюда, а то мне кажется, что он мне точно шар с нимфами перед носом развеет! — сатир-Дея смешно ковыляла на копытах, напоминая мне всадника, который ехал без перерыва целый день. — Как я потом Крису влюбленное лепетание о прекрасных созданиях объяснять буду?

— Если ты будешь в этом обличии в кровати — ему будет не до этого! — представив эту картину в супружеской спальне, я расхохоталась, а потом вспомнила о серьезном: — Наша личина тоже нетипично сниматься будет или в этот раз нас пронесет?

— Очень надеюсь, что по ту сторону арки мы окажемся уже ведьмочками... — возвела глаза к нему подруга и перехватила тролльченка под другую руку. Бакстер недовольно засопел и попросился на землю.

— Затопчут же! — предупредила его Дея.

Бакстер показал желтые корявые зубы и сказал:

— Покусаю!

— О-о-о, — мы немного поддержали его грозный вид и добавили самоуверенности. Теперь тролльченок шел уже уверенней и даже снисходительно посматривал на маленьких гномят. Дети тоже любили ярмарку.

Со своей соломой на голове я уже смирилась, да и по сравнению со многими нарядами окружавших нас вампирш моя рубашечка была верхом приличия.

Я заметила, что адептки в основном отдавали предпочтение или кровопийцам, или прекрасным эльфийкам, а адепты примеряли на себя личину демонов и эльфов. Наверное, не могли отказать себе в желании быть красивее, чем в действительности.

Но, безусловно, были и отличившиеся. Но они и в подметки нашей экспериментальной личине не годились. Не знаю как Дейкина, но моя внутренняя ведьма была горда собой.

— Вот это да! — присвистнул Бакстер, скачущий вприпрыжку впереди, и мы зашли в следующий сектор.

Кошмарные животные, огненные скакуны и демонические ящеры... Ужасающие и страшные, они приковывали взоры любопытных глаз, собирая возле себя зевак.

Вокруг раздавалось шипение, ржание и рычание, которое безрезультатно пытались перекричать торговцы экзотическим товаром.