Книга Мальвийская весна Адской Кошки, страница 56 – Елена Жильникова

— Клиф, сладко, наверное, держать в объятьях госпожу? – язвительно поинтересовался Серж, но получив подзатыльник от Рика, заткнулся.

— Сладко, – машинально ответил хромой.

Его нога ныла, а на плечи давило чувство вины. Только увидев, как усилилась хромота хозяйки, Клиф понял, чего ей стоил этот танец. Почему он не сдался раньше? Что и кому он доказал, танцуя до тех пор, пока госпожа сама не остановила мелодию? Разве что дал ей повод гордиться своими успехами. Но какой ценой?

Госпожа оказалась очень гордой женщиной, и не споткнись Клиф, танец, возможно, продолжался бы до конца трека. А ведь ей как беременной вредно перенапрягаться. Кроме того, он был уверен, что травма госпожи ноет не меньше, если не больше его собственной. Однако она покинула спортзал самостоятельно, а ему, здоровяку, потребовалась помощь, чтобы спуститься с ринга. Стыд и позор.

Едва начался танец, Клифу стало ясно, по какой причине госпожа его поимела. После секса их тела отлично чувствовали друг друга, и двигались под музыку как единое целое. Его ладони все еще помнили, как напряглись мышцы ее спины под тканью платья, и как пожатие нежной ручки превратилось в стальной хват, когда он оступился. А сколько раз он чуть не наступил на сапожок госпожи? И как только она ухитрялась вовремя убирать ножку?

— Клиф, может, уступишь завтра право танцевать с госпожой? – в шутку спросил Бэзил. Этот вопрос вытащил хромого из пучины самобичевания и вернул в реальность.

— И не надейся, – ответил за него Боркас. – Кто же добровольно откажется от возможности пообниматься с хорошенькой госпожой, пусть и хромоножкой. Клиф, говорят, она тебя в губы целовала. Не расскажешь, как это приятно, хозяйкин любимчик?

Вместо ответа Клиф бросился на насмешника. Сбив противника с ног, хромой прижал его к полу и методично избивал, пока тот не обмяк, сдаваясь на милость победителя.

— Никто не смеет насмехаться над госпожой, – медленно произнес Клиф и окинул яростным взглядом притихших парней. Никому и в голову не пришло вмешаться и разнять дерущихся. Хромой как–то быстро смог завоевать уважение в лагере. Он редко высказывался и еще реже сердился, но если такое случалось, все его замечания были к месту, а гнев совершенно оправдан. – Госпожа Эйлана – наш единственный гарант на спокойную и, если повезет, долгую жизнь. Такая милостивая госпожа, как она – одна на миллион, а, может быть, на всю Мальву. Нам на руках ее носить следует, а не смеяться над ее увечьем. Еще одно подобное высказывание, и я сломаю виновному ногу.

Отпустив свою жертву, он дохромал до лавки и, взяв трость, вышел из спортзала. Луи взглянул на браслет связи, кивнул Тони, и они вместе покинули тренажерку.

18:30. 16.01.436. Кабинет Эйланы. «Лагерь Смертников»

— Чего ты добивался своей выходкой, Сид? – спросила Эйлана, пропуская насмешника в свои покои. – Если хотел посмеяться над Клифом, то шутка вышла неудачная, а если эта шпилька в мой адрес, то ты нанес мне серьезное оскорбление.

— Простите госпожа, я никому не желал зла, – рухнул на колени раб в центре мягкого ковра с золотистыми котиками, покрывавшего пол кабинета. – Я просто ошибся иконкой.

— Семерка и шестерка совершенно одинаково выглядят, не так ли? – холодный голос заставил парня склониться к полу.