Онлайн книга «Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис»
|
— Элиза! Вернувшись в гостиную, я дернула за шнурок, а затем еще и еще, да так, что несчастная вещица оборвалась. Зато служанка влетела в комнату уже через минуту: — Готова служить! — Срочно притащи сюда мастера Острави, — выпалила я. — Скорей, Лукреция отравлена! Яд был сильным, очень сильным. Мне потребовалось слишком много времени, чтобы выжечь его. Тетушка же состоит из совсем другого теста. Она никогда не экспериментировала над собственным телом и не пыталась влиять на свою кровь. Вернувшись в гардеробную, я вытащила из ослабевших рук Лукреции накидку. И уже через мгновение поняла, почему леди Саймиш не забрала драгоценную рубиновую брошь. Это был не настоящий камень, а замаскированный фиал с зельем. Теперь он был уже не насыщенно-алый, а прозрачный, с остатками отравы. — Где она?! Мастер Острави влетел в гардеробную без трости. Бледный, в пижаме и халате, он обрушил на тетушку сонм заклинаний. — Откуда яд? — Брошь, — я протянула ему ее, — этим меня отравили перед свадьбой с герцогом. В глазах целителя отразился искренний ужас: — Немыслимо… — Пару дней назад я бы впала в ярость, услышав это от вас. Потому как звучало бы это слишком лицемерно, — невесело улыбнулась я. — Эльсанна! А это в мои покои ворвался герцог. Судя по треску, дверь преизрядно пострадала. Через секунду Хайлен был уже в гардеробной. — Как это произошло? — отрывисто произнес он. — Леди Лукреция не ела вне дома. Элиза, собери слуг и... — Нет, — весомо уронил мастер Острави. — Этот иридрим. Про снежного мага сложно сказать «побледнел», ведь это их естественное состояние. Но Хайлен смог. Его кожа стала белоснежной, а вот глаза, напротив, налились яркой синевой. — Кто посмел? — С помощью этой броши меня выдали замуж, — спокойно сказала я. — Вы видели, что со мной было во время ритуала. Не догадались? Хайлен перевел на меня свой невозможно-синий взгляд и пугающе равнодушно произнес: — Об этом мы и должны были поговорить, госпожа моя. В эту же секунду мне стало предельно понятно: он поплыл. Потерялся внутри собственного дара. Огненным помогает хлесткая пощечина, после которой следует безобразная, но человеческая драка. Или слезы — зависит от характера мага. Но что делают со снежными? Сделав шаг к Хайлену, я положила ладонь на его прохладную щеку. Чуть огладила скулы и мягко, почти нежно произнесла: — Усмири свою силу, Хайлен райн-Торланд. Повернув ладонь другой стороной, я костяшками пальцев скользнула по его подбородку и ласково добавила: — Немедленно. Иначе я сожгу твой дом вместе со всем барахлом. Мастер Острави поперхнулся, а Хайлен, чуть посветлев глазами, выдохнул: — Интересный способ, мне нравится. Но знаешь, госпожа моя, ты можешь сжечь все, что захочешь. Я не буду тебе препятствовать. — Я буду, — возмутился целитель. — Мне нужен помощник. Выдерни из Вейрны Тилля. Один я ее не вытяну. — Концентрация настолько серьезна? — нахмурился Хайлен. Мастер Острави мрачно кивнул и, подхватив Лукрецию на руки, протиснулся мимо нас. Он нес тетушку настолько нежно и осторожно, что я невольно вспомнила об их общем прошлом. Надеюсь, он не захочет свести с ней счеты… — Он хранит ее портрет в своем кабинете, — проронил Хайлен. — Госпожа моя… Райн-Торланд помедлил, будто сомневался в своих словах, но все же продолжил: |