Книга Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис, страница 118 – Наталья Самсонова

— Не сейчас, — рыкнула я.

Но нас все равно закрутило по снегу.

Мне пришлось прервать заклинание, опустить полусферу в снег. Затем глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть. Долгие три минуты ушли на то, чтобы выйти на ровный курс.

— Ты великолепна, — едва слышно проговорил Хайлен.

— Ты поделился со мной силой. — Я смотрела строго вперед. — Теперь ты должен выжить. Слышишь?

Он молчал – видимо, закончились силы.

Небо окрасилось нежными цветами, и у меня появилась надежда на то, что мы все же выберемся из этой передряги живыми.

— Не оборачивайся, — хрипло выдохнул Хайлен. — Продолжай тянуть сферу.

По спине пробежал холодок.

Почему мне нельзя оборачиваться? Хайлен понимает, что после таких слов становится страшно?!

Впереди появились еще одни сани. Они неслись без этой странной полусферы, а затем…

Голубой огонь пролетел мимо нас, и пронзительный визг огласил окрестности.

— Тварь нас преследовала? — спросила я севшим голосом и вновь опустила сферу.

Вторые сани тоже остановились, и из них высыпались люди, которые разделились на две группы. Одни бросились к нам, а вторые… Вторые начали колдовать над останками твари.

— Да, — едва слышно отозвался Хайлен.

— Милорд! О боги, мастер Острави, скорее сюда! Леди… С леди тоже что-то не так.

— Со мной все в порядке, — я постаралась улыбнуться, — просто испугана и немного замерзла.

— Немного?! Да у вас губы синие!

Только в эту секунду я вспомнила, что так и не активировала защитный пузырь. Точнее, что я не имела ни малейшего представления о том, как его активировать. В тот момент это было абсолютно неважно.

Мужчины вытащили из саней Хайлена, затем помогли выйти мне. Я отстраненно подумала о том, что моя шаль осталась в башне. Что дверей в той башне нет и что мамину вещицу я не увижу больше никогда.

Но, возможно, это цена наших жизней. Со второй тварью мы бы не справились.

Внутри саней было тепло. Даже жарко. Меня попытались укутать в меха, но я с раздраженным шипением отбросила их от себя.

— Оставьте себе. — Я постаралась подавить гнев. — Пожалуйста, не трогайте меня. Со мной все в порядке.

«В ваших санях и так как в бане», – добавила я мысленно.

От сухого жара путались мысли. Чрезмерное тепло утомляло, голова словно бы наполнилась тяжестью, и я, сама того не заметив, задремала.

— Ты чувствуешь это?

— Да, клянусь, она ощущается как…

Окончание фразы я так и не услышала. Уснула. В глухом черном болоте моего сна проносились короткие обрывочные вспышки-воспоминания. Здесь фраза, там диалог, тут многозначительная тишина.

А еще иногда я слышала, что происходит вокруг. Слышала, что мастер Острави колдует над Хайленом, а тот требует проверить мое состояние. А целитель утверждает, что таких, как я, даже отравить невозможно.

«В тебе птицей бьется то, что должно принадлежать мне. И настанет такой день, когда ты будешь умолять о снисхождении».

Проснувшись, я напоролась взглядом на Лукрецию, что сидела в изножье моей постели.

— Ты не поверишь, что я тебе сейчас расскажу!

— Поверю, но не сейчас, — бледно улыбнулась она. — Элиза, зови Анхеля! Моя девочка проснулась.

Я попыталась сесть, и голова отозвалась вспышкой боли, а тело… Тело было неприятно слабым.

— Ты три дня не приходила в сознание. — Лукреция смахнула со щеки слезинку. — И все, что мы могли делать, – это ждать.