Книга Дом отравы и крови, страница 196 – Алексис Л. Менард

— И чего ты хочешь, Феликс?

Он был одет для поездки: в простой костюм и толстое пальто, согревавшее в эту сырую зиму. Широким жестом руки в перчатке он указал на сиденье рядом со мной, однако я ни на шаг не отходила от разбитой двери. Ветер задувал под платье, трепал волосы и побуждал принять его приглашение, почти сбивая с ног.

— Ты знаешь, зачем я здесь.

В общих чертах, возможно. Однако это не объясняло ни недель охоты на меня, ни нападений веергов, ни всех усилий, которые он потратил, чтобы до меня добраться.

— Мой брат зарегистрировал договор сегодня утром. Ты получил свои акции. Больше не осталось никаких причин.

Он наклонился вперед, уперев локти в колени.

— Не оскорбляй меня ложью, Камилла. Мы оба знаем, что это неправда.

То есть он в курсе того, что я сделала. Я не испытывала к нему ни капли сожаления.

— Натравить на девушку упырей – так себе способ завоевать ее сердце, Феликс.

— Да не нужно мне твое сердце, Камилла, – прошипел он. – Меня интересует твой След.

Я отшагнула назад, насколько позволяло пространство за моей спиной.

— Ты знаешь?

Он равнодушно пожал плечами.

— Я алхимик. Твой отец передал нам все формулы предыдущего алхимика, с которым он работал, когда последний, кого он нанял, умер естественной смертью. – Блеск в его глазах говорил об обратном. – Он хитро подвязал все, Камилла. Все, кроме одного. То, что твой отец эгоистично держал в секрете, будет использовано для создания лучшего мира, где наука и магия будут идти рука об руку.

— Я думала, что алхимики используют науку для контроля над магией, – неуверенно произнесла я.

Он с усмешкой встал со стула.

— Это две стороны одной медали. Алхимия просто изучает их взаимосвязь, то, как использовать источники сверхъестественного и сочетать это с фундаментальными законами нашего мира. Скептики говорят, что мы заигрываем с темной магией, но те, чей разум открыт, называют это тайным знанием.

Я ожидала услышать от него вовсе не это. Он подошел ближе, сокращая расстояние между нами в тесном вагоне, так что я едва могла дышать, и мне потребовалось все внимание, чтобы найти способ обойти его.

— Полагаю, ты воспользуешься кораблем?

Кроме шахт, это было единственное, что стоило внимания в Верхнем Пределе.

Он кивнул. Я продолжала заговаривать ему зубы, чтобы отвлечь его взгляд от моей руки, которую я запустила в карман пальто.

— Зачем? Куда мы направляемся?

— В Хайтауэр.

— Потому что надвигается война?

Феликс улыбнулся.

— Ты все схватываешь на лету, Камилла. Мы это обсудим…

Его взгляд сосредоточился на чем-то позади меня, и он сосредоточенно нахмурился.

— А это еще что за погань?

Все еще держа его в поле зрения на случай, если он вдруг отвлечется, я слегка повернула голову, чтобы понять, на что он смотрит. От увиденного у меня едва не подкосились ноги. По путям, словно подгоняемый попутным ветром, несся всадник, и деревья, растущие вдоль железной дороги, указывали на изменение воздушных потоков.

— Нико…

Я почти произнесла его имя вместе со всхлипом, но от облегчения у меня перехватило дыхание. Феликс отбросил меня в сторону и швырнул на скамью, уперев руки по обе стороны дверного проема.

— Вот сволочь! Откуда только взялся? – проговорил он со злобой.

Не раздумывая, не планируя, действуя на чистой ненависти к этому человеку, я рванулась с сиденья, бросившись на него всем весом.