Книга Поцелуй железа, страница 47 – Клэр Сейджер

— Сегодня я не видела его, однако… – Я наклонилась к Элле и, не раскрывая рта, произнесла, – Ты мне не сказала, что он убил своего отца.

Другое замечание по поводу того, что он неблагой эльф, показалось мне слишком нелепым, чтобы думать о нем всерьез хотя бы секунду. Но убийство отца? Взгляд, жаждущий смерти, которым он смотрел на меня, когда я забирала его сферу – что ж, я верю, что этот мужчина мог совершить отцеубийство.

— Пф-ф, – Элла отмахнулась от моих слов. – Это всего лишь слухи. И не самые лицеприятные.

— Так значит, ты знала? – Какая-то часть моего существа цеплялась за мысль, что об этом известно только среди эльфов.

Элла фыркнула:

— Я здесь так же, как и ты, чтобы собирать информацию. Конечно, я слышала об этом, но только от придворных Рассвета. Ты правда думаешь, что при дворе Короля Дня есть те, кто может сказать что-то хорошее о том, кого они называют Тенью Королевы Ночи? Если честно, я бы не верила ни единому их слову о любом представителе двора Сумрака.

Я закусила щеку. Она права. Возможно, я слишком охотно поверила в самое худшее о нем и не обратила внимание на источник.

— Судя по твоему взгляду, держу пари, что ты тоже услышала это от эльфов Рассвета. – Элла положила мне руку на плечо. – Извини меня, Кэт. Возможно, мне стоило предупредить тебя, но мне показалось, что нет смысла пугать тебя непроверенной информацией до потери сознания. Но, – она слегка встряхнула меня и, поймав мой взгляд, улыбнулась, – если я услышу что-то об этом из авторитетного источника, я дам тебе знать.

Я вздохнула.

— Это я должна извиняться. Ведь действительно. Сумрак и Рассвет – противоположности не только суток, но и королевства.

Хихикнув, Элла быстро обняла меня, и я не смогла не ответить ей тем же. Я могла привыкнуть к тому, что ко мне постоянно прикасаются. Жаль, что это закончится, когда Бастиан уедет или Кавендиш получит достаточно сведений о нем, смотря что насупит раньше. У меня не было иллюзий, что меня оставят при дворе на дольше, чем нужно. Кавендиш отправит меня домой, как только поручение будет выполнено.

Что лучше – избегать прикосновений и не привыкать к ним или, пока есть возможность, с жадностью поглощать их, как животное, которое набирает жир перед голодной зимой?

Я не успела ничего решить – знакомый голос прервал мои мысли:

— Кэтрин.

Подняв глаза, я увидела Бастиана, стоявшего прямо над нами с Эллой. Вновь в черном наряде, но уже в другом: змеи на нем были более черного оттенка, словно вышитые из ночного неба, а их глазки из серебра – словно звезды.

Элла издала тихий звук и поклонилась, но я чувствовала, как она искоса сверлит меня взглядом. Я не сразу поняла, в чем дело. Кэтрин. Неподобающее обращение – даже королева, а за ней и весь двор, называли меня леди Кэтрин, что было не так фамильярно.

Но, казалось, Бастиана не пугала фамильярность.

— Сэр, – я улыбнулась ему так же мило и безмятежно, как улыбалась отцу и дяде.

Он нахмурился, но протянул руку.

— Потанцуем?

Элла прочистила горло, забрала пустой бокал из моих рук, а затем сделала глоток из своего – и все это глядя куда-то в сторону. Сама деликатность.

— Сочту за честь, – взяв его руку, я не могла скрыть в своем голосе насмешливые нотки. Наш последний танец этот бастард использовал, чтобы остаться со мной один на один и склонить к сделке. Я имела право хотя бы на толику сарказма. Это безопасно.