Книга Поцелуй железа, страница 227 – Клэр Сейджер

— Дорогая, если он понял, что ты… – Она взглянула на Перри. – Если ты в опасности… – Она поджала губы.

Перри прочистила горло.

— Чувствую, вам двоим нужно о чем-то поговорить. Я пока пойду, найду, куда сдать это, – она указала на мой пустой бокал, – и дам вам немного времени побыть наедине. – Сжав мою руку, она исчезла в толпе.

Элла отвела меня под тень папоротников и широколиственных пальм к уединенной скамейке, рядом с которой стоял столик с пирожными.

— Кэт, если он причинил тебе боль, узнав, что ты шпионишь за ним, то неизвестно, что еще он может сделать. – Она развернула мою голову вбок, хмуро разглядывая распухшую щеку. – Если он сделал это… боюсь, он не тот, кому мы верили.

Я могла бы рассмеяться, услышав, как она буквально озвучила мои мысли. Но я была слишком опустошена, чтобы смеяться.

Элла опустила голову.

— Может быть, он опасен для Альбиона. Разве не этого опасался Кавендиш?

Я нахмурилась. Это казалось неправильным.

Я поискала его взглядом: какая-то глупая часть меня решила, что это утешит меня. Он стоял на помосте, углубившись в беседу с Ашером и королевой. Еще одним человеком на помосте был Кавендиш, который наблюдал за обменом мнениями с невозмутимым выражением лица. Но его поза выдавала его: скрещенные руки, пальца барабанят по плечу.

Элла ошибалась или я просто хотела, чтобы она ошибалась?

Если Ашер станет нашим королем, Бастиан получит доступ к любой информации об Альбионе. Он сможет даже подобраться к самой королеве.

Если он или Королева Ночи захотят нам навредить, все дороги перед ними будут открыты. Нигде нельзя будет укрыться, даже в моем поместье. Мама, Мораг, Хорвич, Элла… все они будут в опасности.

И нет, он не бил меня, но он предал своего отца. Он явно был не тем, кем он казался мне.

Когда я снова повернулась к Элле, она протянула мне блюдечко с миниатюрным лимонным пирожным на ней.

— Ты выглядишь так, будто тебе не помешает что-то сладенькое, чтобы проглотить эту горькую пилюлю.

Я застонала.

— Лучше горькая правда, чем сладкая ложь.

Откусив пирожное, я почувствовала во рту пепел.

Я положила его обратно на блюдечко и извинительно улыбнулась Элле.

— Лэнгдон был прав.

Она поморщилась и забрала недоеденный кусок.

— Да? И в чем же?

— Может, я все-таки не смогу и пирожное съесть, и в платье влезть?

* * *

Дни проплывали, как в тумане. Я говорила себе, что это из-за скорой зимы, но не верила в это даже наполовину. Я засовывала в себя еду только для того, чтобы переварить бренди, который пила в своих покоях, каждый раз как возвращалась в них. Ну, хотя бы Робин избегал меня – я не видела его и ничего о нем не слышала. Видимо, он уже достаточно натворил.

После объявления о помолвке другие придворные дамы стали относиться ко мне с уважением: оставляли для меня место ближе всех к королеве и предоставляли мне выбирать наряды, когда мы помогали ей одеваться. Мне поручили разливать медовуху на предстоящей свадебной церемонии, и Элла по секрету рассказала, что некоторые из них мне завидуют.

Идиотки. Они бы не завидовали мне, если бы знали.

Вот только идиоткой была я. Как я раньше не догадывалась, что представляет из себя Бастиан на самом деле?

Великолепный, соблазнительный, столько внимания ко мне? Конечно, он был слишком хорош, чтобы быть настоящим. Похоже, я привлекаю к себе только последних негодяев.