Книга Убийство проклятого принца, страница 101 – Клэр Сейджер

— Как прикажет мой принц.

Застонав, я дала обещание, которое мне придется нарушить.

— Все так.

На следующий день мы приступили к работе.

Сефер расчистил свой обеденный стол, разложив ручки, карандаши и бумагу. Мои альбомы для рисования также появились там, сложенные стопкой среди принадлежностей, а мой сундук стоял на полу.

— Они могут понадобиться тебе, если ты решишь вернуться к рисованию, – сказал он, пожав плечами, когда я спросила об альбомах.

Я сразу же открыла сундук в поисках своего медальона и повесила его на шею. Затем сжала его, наслаждаясь его гладкой овальной формой.

Принц посмотрел на меня странным взглядом, а затем попросил описать все, что я запомнила о том вечере, с того момента, как прибыли зрители, и до того, как я прижала к себе тело Циннии. Если бы я сосредоточилась на деталях, а не на внутреннем переживании, то могла бы справиться с этим без слез.

Тем временем он принялся составлять список друзей, которые сопровождали его на частное представление, и стал перечислять все известные ему подробности.

Мы работали в приятной тишине, пока я не подняла голову и не обнаружила, что принц наблюдает за мной. Тело напряглось в ожидании.

Я ошиблась? В конце концов, он убийца, и все это могло быть частью какого-то изощренного плана, чтобы наказать меня надеждой? Фейри были искусны в манипуляциях, при этом не прибегая ко лжи. Возможно, Сефер вложил что-то в свои слова.

Или он действительно помогал мне?

— Ты закончил? – Я посмотрела на лист бумаги перед ним, и мои плечи опустились при виде длинного списка имен. Более десятка.

— Я видел тебя полностью обнаженной, и все же не нашел никаких признаков магии в твоем теле. – Его взгляд скользнул по мне, как будто он мог раздеть одними глазами.

Я сжала ручку, иначе, возможно, послушалась бы этого невысказанного указания.

Принц склонил голову.

— Где твоя метка фейри?

— Исчезла. – Я приподняла верхнюю губу, демонстрируя свои тупые клыки. – Они были острыми, как у тебя, но Цинния их подпилила, чтобы никто не догадался, кто я такая.

Его лицо вытянулось. Золотистая кожа вмиг побледнела. Не отрывая от меня взгляда, Сефер поднялся. Проявив нехарактерную для него неуклюжесть, он задел стол, и это потрясло меня даже больше, чем выражение ужаса на его лице.

Как только он оказался на расстоянии вытянутой руки, то приподнял мой подбородок. Его глаза заблестели, когда принц проследил взглядом за кончиками пальцев, которые исследовали мою челюсть и губы. Я открыла рот, когда он надавил на него сильнее. И позволила ему провести большим пальцем по моим затупленным зубам.

С глубоким вздохом он покачал головой и опустился на колени.

— Ты называешь меня чудовищем, и все же люди заставили тебя сделать это. Отвратительно. Твои зубы. – Его брови сошлись на переносице. – Твои прекрасные зубы. Они должны быть предметом гордости и признаком твоей силы. Предостережением для глупцов, которые могут захотеть перейти тебе дорогу. – Он посмотрел на меня так, словно я была идолом в храме. – Весь мир должен увидеть их и понять, что Зита Проклятая Ведьма – не из тех девушек, которым можно перечить.

В горле встал тугой ком. На меня никогда так не смотрели. Да, на меня заглядывались с вожделением, восхищались тысячу раз внешним видом и тем, на что способно мое тело. Но я никогда не видела такого взгляда, как у принца сейчас.