Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 171 – Майя Фабер

Я снова посмотрела на Анну. Теперь ее судьба была в наших руках. Коалиция могла дать ей защиту, могла подарить шанс на новую жизнь, но главное — Анна больше никогда не станет чьей-то игрушкой.

Том поднялся и протянул мне руку. Я молча приняла ее. Тепло его пальцев успокаивало боль внутри.

— Да, пора, — ответила я, с трудом вставая и в свою очередь беря за руку Анну. — Нам еще многое предстоит сделать.

Мы двинулись вперед, через толпу. Люди расступались, пропуская нас с уважением и осторожностью. Некоторые смотрели с надеждой, другие — с благодарностью, но никто не остановил нас, не задал ни одного вопроса. Они прекрасно знали, что здесь произошло.

Покидая центральный сектор, я впервые за долгое время почувствовала, что у нас действительно появился шанс. Настоящий шанс на то, что мир наконец станет другим. Не сразу, не завтра, но он точно никогда не будет прежним.

Главное Восточное Убежище Коалиции оказалось не таким, как я его помнила. Вместо мрачных бункеров и тусклого освещения нас встретили просторные комнаты с мягким светом, негромкие голоса и атмосфера странного спокойствия, почти нереального после всего пережитого.

Финн ждал нас у входа. Его лицо светилось радостью и облегчением. Он тут же бросился навстречу Анне, осторожно обнял ее.

— Все позади, — шепнул он ей, нежно поглаживая по голове. Анна робко улыбнулась в ответ.

Для него она была дочерью, которую он потерял.

Финн поднял на нас взгляд, его улыбка стала шире:

— Вам тоже не помешает отдохнуть. Здесь вы в безопасности.

Я устало кивнула. Казалось, сейчас можно позволить себе расслабиться, забыть хоть на мгновение обо всем, что мы оставили позади.

Том стоял рядом, все еще покрытый копотью, с синяками под глазами, но взгляд его был удивительно живым и ясным. Он молча взял меня за руку, и мы прошли по коридору за Финном, оставив Анну с ним, зная, что девочка теперь в надежных руках.

Комната, которую нам выделили, была небольшой, но чистой и уютной. Дверь за нами закрылась, отсекая мир, проблемы и страхи.

Том остановился напротив, внимательно рассматривая мое лицо. Мы долго молчали, глядя друг на друга, пока тишина не стала почти осязаемой.

— Живы, — сказал он наконец, не веря собственным словам. — Не думал, что мы выберемся оттуда целыми.

Я подняла руку и коснулась его щеки, чувствуя под пальцами шероховатость кожи и грязь, еще не смытую водой.

— И здоровыми, — усмехнулась я, все еще не до конца осознавая это чудо. — Кровь Анны творит невероятные вещи.

Том рассмеялся, наклоняясь ближе ко мне:

— Не могу с тобой не согласиться.

Его голос звучал низко, хрипло, и от этого внутри вспыхнуло что-то теплое, томительное. Сердце билось быстрее, чем обычно, а прикосновение его пальцев, осторожно опустившихся мне на талию, вызвало легкую дрожь.

— Чарли… — негромко произнес он, касаясь лбом моего лба и закрывая глаза. — Все это время я думал только о том, что должен тебя защитить. Что не могу позволить себе потерять тебя.

— Я здесь, — ответила я, проводя пальцами по его плечам, ощущая напряжение в мышцах под одеждой. — И никуда не уйду.

Он снова открыл глаза и посмотрел на меня с болезненной нежностью. Его губы осторожно коснулись моих, сначала нерешительно, но уже через секунду поцелуй стал глубже, чувственнее, словно он пытался наверстать все те моменты, когда мы не могли быть вместе.