Книга Дракон без лица или вдова для дракона, страница 130 – Елена Байм

Каждое его движение отдавалось во мне вспышкой света. Я слышала свои стоны, но не узнавала их.

Они были полны такой страсти, что мне становилось стыдно. Но стыд исчезал в следующем же его движении, растворяясь в горячей волне наслаждения, накатывающей вновь и вновь.

Он целовал мою шею, плечи, грудь, и каждый поцелуй оставлял на коже невидимый след, метку, которая говорила: «Ты моя. Только моя. Навсегда».

В какой-то момент я почувствовала, как внутри меня нарастает огромное, неконтролируемое чувство. Волна, готовая разбиться о скалы и унести меня за собой.

Я вцепилась в него, выкрикивая его имя, не помня себя, не понимая, где я и кто я.

— Хитэм! Хитэм!

Он прижал меня к себе так крепко, что еще чуть-чуть и я не смогла бы дышать. Его рык раздался у самого моего уха, вибрирующий, и я почувствовала, как он напрягся, как его тело выгнулось дугой, как он излился в меня горячей пульсирующей волной.

Мы замерли. Оба.

Я лежала в его объятиях, чувствуя, как постепенно успокаивается пульс, как мышцы расслабляются, как уходит дрожь.

Я прижалась щекой к его груди, слушая, как быстро бьется его сердце.

— Я люблю тебя, — сказала я.

Слова вырвались сами, без спроса, без разрешения. Я даже не поняла, что сказала их, пока не услышала свой голос.

Хитэм же приподнял мою голову за подбородок и заглянул мне в глаза. В янтарных глубинах плескалась такая нежность, такая страсть, что у меня перехватило дыхание.

— Повтори еще раз, прошу. — попросил он.

— Я люблю тебя, — повторила я и по моим щекам потекли глупые, счастливые слезы. — И я не хочу тебя больше терять.

Он долго смотрел на меня, глядя одной рукой по спине, а потом трепетно поцеловал:

— Я тоже люблю тебя, Люсьена... - прошептал он, уткнувшись носом в мои волосы. — Люсьена…

И в этот момент мне так захотелось, чтобы Хитэм признался в любви не какой- то Люсьене, а мне настоящей.

Не понимая, что творю, видимо находясь в эйфории от головокружительной близости, я приподнялась, села на постели и, глядя ему прямо в глаза, серьезным тоном произнесла:

— Хитэм, я — не Люсьена Шелл. Я — Людмила.

Мужчина замер. Он тоже сел и удивленно на меня посмотрел. В его янтарных глазах мелькнуло недоумение, смешанное с тревогой.

— Твое имя — Людмила? — переспросил он медленно. — Странное имя. Непривычное для наших земель. Тебя записали вместо Людмилы — Люсьеной в документах? Ошибка при регистрации?

Я молчала, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Ты не переживай, — продолжал он, и голос его стал мягче, нежнее. — Если это из-за развода, то у нас в Империи действует правило: если истинные находят друг друга, а девушка находится в браке, то, если она согласна, брак тотчас же расторгается. Я позабочусь об этом. Ты больше не вернешься к нему.

Похоже он решил, что это просто путаница с документами. Он так и не понял правды.

Я помотала головой:

— Ты не понял меня. Вот, — и я указала рукой на свое тело, на грудь, на руки. — Это тело принадлежит деревенской скромной девушке, которая умерла. А место ее души заняла моя душа из совершенно другого мира. И зовут меня Людмила. Я…

Он не дал мне договорить. Хитэм вскочил с постели так резко, что я вздрогнула.

И теперь он стоял передо мной, высокий, обнаженный, и выглядел так устрашающе, что мне тотчас же расхотелось продолжать этот разговор и признаваться дальше.