Книга Волчья ягодка, страница 11 – Виктория Рогозина

Музыка становится громче — на сцене вспыхивает новый свет, басы вибрируют в груди, и кто-то из толпы восторженно кричит. Атмосфера закипает, воздух пропитан весельем и лёгким запахом алкоголя.

Глеб поворачивается ко мне, чуть склонив голову, и улыбается:

— Пошли потанцуем? — его голос глушит музыку лишь наполовину, но я всё равно понимаю.

Я колеблюсь мгновение — я не умею танцевать так, как эти беззаботные люди вокруг, но… почему бы не попробовать? Сегодня я хотела просто быть собой.

— Ладно, — отвечаю, чувствуя, как по телу пробегает лёгкое волнение.

Глеб берет меня за руку — уверенно, но не навязчиво — и ведёт ближе к танцполу. Свет бьёт в глаза, ритм захватывает. Люди двигаются в такт, кто-то смеётся, кто-то кружится, вспышки света освещают лица на мгновение и тут же гасят их в полумраке.

Я начинаю двигаться под музыку, сначала неловко, потом чуть свободнее. Глеб что-то шутит, я смеюсь, позволяя себе хоть на минуту забыть обо всём. Кажется, всё становится легче.

Но вдруг… я чувствую, что кто-то смотрит. Не просто взглядом из любопытства — тяжело, пристально, будто прожигает изнутри. Интуиция подсказывает, что это он. Я оборачиваюсь.

На границе света и тени, ближе к бару, стоит Феликс Волков. Темный костюм, одна рука в кармане, в другой — стакан с чем-то янтарным. Он не двигается, не улыбается, не говорит. Только смотрит. На меня. В его взгляде — что-то хищное, оценивающее, слишком личное. От этого взгляда по спине пробегает холодок. Музыка вокруг будто стихает, а воздух становится вязким, как сироп.

Я отвожу глаза, стараясь вновь сосредоточиться на танце, на Глебе, на ритме — на чём угодно, только не на нём. Но даже не видя Волкова, я чувствую, что он всё ещё там. Стоит. Следит. И этот взгляд жжёт сильнее прожектора.

Глеб наклоняется ко мне, перекрикивая музыку:

— Всё нормально? Ты вдруг побледнела.

Я заставляю себя улыбнуться.

— Да, просто… жарко.

Он кивает, не подозревая ничего, и продолжает танцевать, увлекая меня в движение. А я пытаюсь не оборачиваться. Тщетно. Волков всё ещё здесь. И где-то в глубине души я чувствую поднимающийся страх.

На улице стояла мягкая осенняя ночь — прохладная, пахнущая листвой и далёким дымом. После душного, грохочущего зала воздух казался живым, звенящим. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце.

Вечеринка действительно только начиналась: за стеклянными стенами мелькали огни, вспышки, танцы. Музыка гремела — там, внутри, словно бурлила другая вселенная.

Я отступила немного в сторону, опершись на перила. Удивительно, но мне нравилось — даже несмотря на всё. Глеб оказался приятным собеседником, его друзья — Стас и Валера — шутливо спорили о каких-то гиковских темах, и я впервые за долгое время чувствовала себя частью чего-то живого, не чужого. Наверное, не зря пришла.

Постояв немного, я вернулась в зал. Свет стал ярче, толпа — ещё гуще. Народ шумел, смеялись, кто-то тянул за руку друзей — оказывается, все направлялись в соседний зал. Я пошла следом, заинтригованная. И замерла на пороге. Там, под сиянием неоновых ламп, открылось пространство с огромным бассейном — идеально чистая голубая вода сверкала под светом, как стекло. По краям стояли столы, мягкие диваны, кто-то уже скинул обувь и прыгал прямо в воду. Смех, всплески, крики, музыка — всё смешалось в какой-то гламурный хаос.