Книга Ты будешь моей, страница 38 – Ева Малиновская

— Марк, — сказала я жёстко. — Нет. Даже не начинай.

Он посмотрел на меня.

И, к моему удивлению, остановился.

Хотя бы на секунду.

Кирилл сжал челюсти.

— Ладно, — сказал он мне тихо, не отрывая взгляда от Марка. — Похоже, нормально поговорить у нас сегодня всё равно не выйдет.

— Кирилл...

— Всё нормально.

Нет, не было.

Вообще ничего не было нормально.

Марк медленно подошёл ближе.

И вот тут я впервые заметила, что он слегка прихрамывает.

Совсем немного.

Но заметила.

Похоже, удар коленом в бок или падение об подоконник всё-таки отдались сильнее, чем он показывал.

Почему-то это сразу кольнуло неприятно.

— Ты ранен? — спросила я резко.

Оба посмотрели на меня.

Кирилл — удивлённо.

Марк — с этим своим невозможным взглядом, который сразу становился чуть темнее, когда я замечала что-то, связанное с ним.

— Ерунда, — сказал он.

— Не ври.

Он чуть усмехнулся.

— Ты только что запретила мне говорить, когда ты врёшь. Почему тебе можно?

Кирилл невесело хмыкнул.

— Да ему в бок хорошо прилетело.

Я резко повернулась к нему.

— И ты сейчас говоришь это так спокойно?!

— Ника...

— Господи, вы оба психи!

Я шагнула к Марку сама.

Он чуть поднял брови.

— Покажи.

— Что?

— Бок.

На секунду даже Кирилл замолчал.

Марк смотрел на меня так, будто пытался понять, серьёзно ли я.

— Ника, — сказал он тише, — здесь?

— Я не собираюсь тебя раздевать посреди парковки, Громов. Просто покажи, насколько всё плохо.

Он криво усмехнулся разбитой губой.

— Жаль.

— Марк!

— Ладно.

Но не двинулся.

Просто стоял и смотрел.

И в этой секунде было что-то очень опасное.

Потому что Кирилл был всё ещё рядом.

Потому что вечер и так уже трещал по швам.

Потому что все трое стояли на каком-то краю.

— Я сама решу, с кем мне говорить и кого смотреть после драки, — отрезала я, не оборачиваясь к Кириллу, хотя чувствовала его взгляд.

Марк медленно вытащил руки из карманов.

Поднял толстовку с одной стороны.

Под рёбрами уже наливалась огромная, тёмная, почти чёрная гематома.

У меня внутри всё сжалось.

— Боже.

— Я же говорил, ерунда.

— Это не ерунда.

— Бывало хуже.

— Очень утешительно.

Я стояла слишком близко и, наверное, именно поэтому не успела подумать.

Просто подняла руку и едва коснулась пальцами кожи возле синяка.

Марк резко втянул воздух.

Не от боли.

Скорее от неожиданности.

И я в ту же секунду поняла, что сделала.

Слишком поздно.

Потому этот его взгляд сразу стал другим.

Совсем.

Словно весь остальной мир просто перестал существовать.

— Ника, — хрипло сказал Марк.

Я отдёрнула руку.

Резко.

Слишком резко.

Воздух между нами вспыхнул, как от искры.

— Всё, — сказала я быстро. — Всё. Хватит. Мне это надоело.

И тут Марк сделал то, что окончательно добило этот вечер.

Он, не сводя с меня глаз, медленно опустил толстовку и сказал:

— Поедешь со мной в травмпункт.

Я уставилась на него.

— Что?

— Ты слышала.

Кирилл рассмеялся.

Глухо.

Жёстко.

— Ты вообще в себе?

Марк даже не повернул головы.

— Да.

— Она никуда с тобой не поедет.

Вот тут я сорвалась.

— А ты, — резко повернулась я к Кириллу, — перестанешь говорить за меня?

Он замолчал.

И опять это мерзкое ощущение, что я не живой человек, а канат, который оба тянут в свою сторону.

Меня трясло от этого.

— Я устала, — сказала я уже тише, но от этого, кажется, даже страшнее. — Я правда устала. От вас. От этой идиотской войны. От драки. От того, что вы оба ведёте себя как будто мне четырнадцать и я не могу сама решить, что делать.